— Стой, — Драко остановился по приказу девушки, — нам надо взять лопату. Только тише!
Они прокрались к домику Хагрида, обошли его сбоку, схватив лопату, опять побежали в сторону леса, держась за руки.
— Так, наверное, мы хорошо зашли, тут его никто не найдёт.
Юноша начал копать глубокую яму.
— Достаточно. Сейчас самое главное. Я скажу Диссендио, а ты Финита. Понял?
— Да, Грейнджер, мне ещё раз повторить, что я не тупой? — его раздражённый тон ничего хорошего точно не принесёт. Убьёт её в чаще леса и закопает в эту ямку. М, заманчивая перспектива.
— Нет, не надо. Диссендио!
Перстень, лежащий на пне, начал шевелиться. Девушка замерла, а сердце бешено забилось. Чёрное облачко пыли вылетело из украшения.
— Финита! — облако начало бледнеть, а затем и вовсе испарилось.
Малфой кинул перстень в ямку, и засыпал землёй.
— Ура! У нас получилось! Надо не забыть вернуть лопату.
Они приблизились к друг другу, впиваясь в губы. Ни ему, ни ей не удаётся контролировать действия. Не дышат. Сердце девушки грохочет в тишине. Слишком близко. Слишком необходимо. Слишком больно и мучительно.
Надо остановить это безумие.
— Малфой, — говорит куда-то ему в губы, он отстраняется, — нам пора.
— Да, да, — нетнетнетнетнетнет.
Они шли в сторону замка.
— Эй, вы!
Гермиона быстро обернулась, задев пышными волосами лицо Драко.
— Бэйн? — перед ними возвышалась огромная четырёхногая фигура.
— Подруга Гарри Поттера? И потомок Малфоев?
— Да, это мы.
— Вы что-то оставили, там в яме.
— Это не твоё дело, — рявкнул Драко, не имея желание общаться с этими полукровками.
— Не дерзи мне, малец. Это вещь обладает тёмной силой, зачем вы оставили её там?
— Так действительно надо, но мы убрали часть тёмной силы из неё, если вообще не всю. Это как-то вам помешает?
— Не известно, скоро узнаю.
— Нам больше негде её оставить. Извини нас, Бэйн.
— Скоро узнаю, узнаю.
— Нам пора, до свидания!
— До встречи, подруга Гарри Поттера.
Два студента наконец вышли из леса, облегчённо вдохнули и пошли в сторону школы.
— Почему ты так хорошо с ним общалась?
— С Бэйном? Это главный в их стаде. Он очень умный, умеет читать по звёздам. Даже, наверное, дружелюбный. Хотя нет, не так, ему всё равно на людей, пока те их не трогают.
— Почему тогда он к нам пристал? — ему явно не нравилась эта ситуация с кентавром.
— Потому что мы оставили тёмный артефакт в их лесу, и он не приставал, а спросил.
— Ладно, ладно, хочешь общаться со своим полукровкой, общайся.
Гермиона хмыкнула.
— Это ты про Бэйна или Гарри?
— Про обоих.
Они шли ещё несколько метров в молчании.
— А ты рассказала Потти про вчера?
— А должна?
— Ну, думаю, да. Потому что нельзя изменять своим чувствам, — он произнёс это её нравоучительным тоном, за что тут же схлопотал удар локтём.
— Я не хочу его обидеть, сделать ему больно. Я могу навсегда потерять его. Я уже сказала, что чувствую что-то к Гарри. Он хороший, добрый, заботливый. Тебе до него ещё далеко.
— Может мне до Поттера далеко, но зато я именно тот мужчина, которого ты любишь.
Она стояла и молча смотрела на него. Была в шоке от его слов. Правдивых слов.
— Пошли, не надо на меня так смотреть. Теперь мне надо найти якорь, хотя думаю, что уже нашёл.
— Ну и кто же?
Губы расплылись в полуулыбке.
— Ты.
Комментарий к Глава 9. Odium ex luto.
Здравствуйте, мои дорогие читатели! Я уже соскучилась по вашим отзывам, давненько не видела! Если вам не трудно, оставляйте их, комментируйте, я буду очень рада вам и признательна. Ещё одна часть истории Драко и Гермионы для вас! Я очень старалась, хочу услышать ваше мнение! Всех люблю и целую! С уважением, ваша Krossingover!
========== Глава 10. Поездка. ==========
В этом нет ничьей вины,
Но часто на планете
Где двое нежно влюблены,
Страдает кто-то третий.
***
В окно постучал чёрный филин. Нарциссу всегда забавлял его вид. Такой гордый, самоуверенный, самовлюблённый. Прямо, как Люциус. Говорят же, что питомец похож на своего хозяина. Это вызвало ещё один смешок.
Женщина подошла к птице, которая сидела за стеклом, и, открыв окно, забрала письмо. Руки начали не слушаться, дрожать, когда она увидела, что письмо от него. От её сына Драко. Когда с конвертом было покончено, она начала быстро бегать глазами по строчкам.
Дорогая мама!
Здравствуй. Как у тебя дела? Надеюсь, что всё хорошо, как и у меня стало теперь. Ты спросишь: « Почему стало теперь? » Так вот, в этом и весь смысл моего письма. Отец подарил мне перстень. И после своего возвращения в Хогвартс, я начал кидаться на всех маглорождённых, так скажем.
Не хочу сейчас писать эти оскорбления, всё-таки кровь не многое значит в этой жизни, да? Ты согласна со мной или поддерживаешь в этом вопросе отца? Хотя мне не важно, я и так люблю тебя.
Вернёмся к делу. Девушка, которую я люблю, сказала мне, что я изменился, со мной стало что-то не так, потому что набрасываюсь на всех маглорождённых. Мы поняли, что-то действительно происходит. Всё та же девушка нашла заклинание и даже нашла мне способ избавиться от этого. Я ей очень благодарен. Наверное, она самое дорогое в моей жизни. Она и ты, мама.
Я пишу тебе это для того, чтобы ты узнала у отца, зачем он это сделал, и правильно ли мы избавились от этого. Только будь осторожна. Прошу тебя. Скажи ему, что Драко писал о том, что грязнокровки (она прям видит, как он скривился) его очень раздражают. Он на них вечно бросается. И всё в таком духе. Ещё раз попрошу быть тебя осторожной. Ради меня.
Отец способен на многое. Он хотел превратить своего сына в убийцу грязнокровок, затем полукровок. А на последней стадии я бы не смог терпеть всё, что излучает магическую энергию! Не переживай, сейчас всё хорошо, как я и сказал в начале своего письма.
Я очень скучаю по тебе, надеюсь на скорую встречу.
Как прочитаешь, сожги. Люциус не должен знать о том, что я в курсе его грязных планов.
Твой сын Драко!
Колени подкосились, и эта женщина скатилась по стене и рухнула на пол, закрывая рот рукой. Мерлин, она не может в это поверить. Её муж, отец её сына такой беспощадный, бессердечный, бесчеловечный монстр. И женщина ничего не могла сделать. Она смяла пергамент.
— Инсендио, — тихий шепот, и клочок бумаги загорелся.
Она завороженно смотрела на то, как языки пламени поглощали бересту. Слёзы покатились по ровной белой коже щёк. Она не смогла их сдержать. Это выше её сил. Да, она сильная, крепкая духом. Но такого никто не вынесет. Как же она благодарна той девочке. Пусть она хоть маглой будет, главное, что она рядом с её сыном и поддерживает его. Оберегает, как она, его мать, в далёком детстве.
На подгибающихся ногах Нарцисса спустилась на первый этаж, в кабинет своего супруга.
— Люциус? Можно с тобой поговорить? — как там говорил Драко? Только будь осторожной.
— Нарцисса, — как всегда эта надменность и холодный тон. Один лёд в его мерзких глазах. Так, Нарцисса держи себя в руках, — заходи.
— Мне Драко прислал письмо. И я очень беспокоюсь.
На его лице появилась заинтересованность.
— Рассказывай.
— Говорит, что кидается на грязнокровок, что они доводят его чуть ли не до красного каления. Что с ним, Люциус?
— Напиши ему, что всё так, как и надо.
— Что? Объясни мне! — в её глазах загорелся огонёк. А ещё злость, гнев и ярость.
— Ладно, я наложил на Драко одно заклятие, оно уже должно скоро спасть. Он будет ненавидеть этих грязных существ, будет хотеть их убить.
— Люциус, я знаю про это заклинание, и оно не спадает, только прогрессирует. Что же ты наделал?
Его лицо застыло в немом ужасе.
***
Гарри ждал Гермиону у выхода из замка. Сегодня он, она и Рон с Ханной должны были пойти в Хогсмид. Девушка волновалась только не о предстоящем двойном свидании, а о том, что может Малфой выкинуть. В прошлый раз они чуть не переспали за каким-то магазинчиком. Что же ждать сейчас?