- Сетан, это «демон» на языке оромо.
Ники поперхнулась, вспомнив, как тоже сравнила его с мифическим существом.
- Все в порядке?
- Да, - сумерки скрыли вспыхнувшее лицо. - Ты хорошо владеешь английским, но ты не англичанин и не американец, – это был не вопрос, а констатация факта.
- Я испанец.
- Так и знала! – она порадовалась своей проницательности.
- Вот как?
- Ты говорил на испанском, - Ники равнодушно-делано пожала плечами.
- А еще на арабском и английском, - он поднял глаза к небу и замолчал, а она досадно закусила губы. Разговора не получалось. Мужчина уходил от ответов и делал это виртуозно, а ее самолюбие не позволяло переспрашивать, ведь он не особого мнения о ней. Этот факт очень бесил Ники. Впервые она столкнулась с человеком, не желающим оценивать ее умственный потенциал. «Хотя, справедливости ради, не сама ли я виновата? Кто вел себя, как…», - воспоминания о ситуации на блокпосте плавно перетекли в воспоминания о бурной ночи, после нападения на посольство.
Молчание затягивалось.
- Я знаю, что ты окончил морскую школу, в Афинах, - Ники решила блеснуть своей осведомленностью о его прошлом.
- Амира проболталась, – хмыкнул он, но, к ее удивлению, признался: - Было дело.
- Откуда ты знаешь Коса? – задала она один из самых главных вопросов. – Ваше общение было слишком личным.
- Мы знакомы давно, - Дамиан ответил не сразу, и говорил так, будто взвешивал каждое слово. – Когда-то я помог ему, потом он помог мне. Но мы не друзья. Наши цели и идеалы в жизни не совпадают.
- Но это не мешает вам….
- Да, это не мешает нам, - оборвал он ее грубо. – Еще вопросы будут?
Ники хотела спросить, зачем он вообще возится с ней, почему спас, заплатил выкуп, но прикусила язык. Какая для него во всем этом выгода? Он не походил на благородного рыцаря, это точно. Та «правда», которую она услышит, может оказаться слишком жестокой. Девушка ясно поняла, что не хочет этого знать. По крайней мере, не сейчас.
- Знаешь, мы, испанцы, лишены снобизма, - он будто почувствовал ее состояние, прочел все мысли. - Нас мало волнует, что делает, например, со своим богатством сосед, и мы не рвемся заработать все деньги на свете. Счастье для испанца намного важнее денег. Мы ищем счастье в самих себе и в пространстве. Например, обычный официант для нас фигура такая же значимая, как и мэр города.
И эти слова, сказанные спокойно, без намека на пафосность, опять раскрыли его с другой стороны. Она взглянула на небо, усыпанное яркими точками, и призналась:
- Ты прав, здесь чертовски красивые звезды.
- Да, красивые. Но ты не видела звезды Сахары, - он глубоко вздохнул, будто вспомнил что-то, сокровенное. - Над Сахарой горят такие ослепительные созвездия, что больше напоминают иллюстрации из фантастических книг, чем нечто реальное. Звезды вселяют жизнь в пустыню, заставляя ее играть новыми красками. Их свет освещает пески, редкие, засохшие стволы деревьев, которые умерли почти тысячу лет назад, каменистые плато, пробуждая мертвую землю, и наполняя мир глубоким смыслом, о котором до этого момента ты и не помышлял.
- Никогда не была в пустыне, - Ники представила то, о чем он говорил.– Мне кажется, это ужасное место.
- Это место, где испытываются вера, верность, решимость и истинность духовного выбора, где человек остается один на один с собой, и со своим сердцем, - ответил тихо мужчина.
13.
703 год нашей эры. Район современного города Эль Джерн, Тунис, Африка
Над сорокатысячным войском поднимались штандарты. Рычащие львы и медведи взирали на вражеское войско, коего было не меньше, чем бесстрашных берберов, рвавшихся в бой. Лица их были искажены ненавистью к врагу. Эту ненависть подогревали слова, произносимые не широкоплечим воином, чье тело испещрено шрамами от сражений, а статной женщиной, восседающей на тонконогом жеребце, кауровой масти.
- Львы Африки! – звонкий голос достигал ушей тех, кто стоял в последних рядах. - Покажите этим псам, что вы никогда не дадите поработить себя! Наша любимая Африка останется свободной! Пусть же боевым кличем нашим будет древний призыв зелотов - Свобода или смерть! – в воздух взлетел меч, сжимаемый тонкими пальцами, укрытыми грубой кожей перчатки.
- Арахай! – разнесся боевой клич тех, кто пришел сюда победить или погибнуть. Сегодня, войска девяти княжеств - Борион, Нафуса, Орес, Лудалиб, Аль-Курдан, Шивава, Тальмесан, Вад-Драа и Тахир встретились в последней отчаянной битве с завоевателями.