Я же осталась стоять с корзинкой в руках и вот если по правде, то я была рада. Нет, не просто рада, а счастлива от того что смогу выйти за пределы ограды нашего домика. Нет, я и раньше выходила, но в последнее время, а именно последние недели так две, у моей бабушки разыгралась паранойя. И соответственно в связи с этим временным недугом, который пройдет сам по себе и который она сама называет “драконье чутье”, меня держали дома, под строгим надзором.
Заглянув в корзинку, обнаружила несколько мешочков разных трав для лечения от кашля, пару кульков с ягодами и завернутые в чистое полотенце пирожки, еще теплые, почти горячие, чувствалось что совсем едавно их достали из печи. От них так вкусно тянуло выпечкой, что не стащить один было преступлением!
Деревенька у нас небольшая, домов пятнадцать, не больше, да и на пригорке, а рядом раскинули свои белые крылья красивые горы “Драконье ущелье” - именно так называли их жители нашей деревушки. Вдали от городов, сейчас мало народу живет. А поселение наше не простое, а очень даже особенное. Как-никак, мало найдется чистокровных драконов, которые поселятся с другими, себе подобными. Драконы, они же, одиночки и за свои сокровища любого в могилку сведут живьем, да закопают еще в придачу. Они еще и цветочек на эту же самую могилку положат и огнем при печатают чтобы убитый не вылез умертвием каким нибудь. И то ли они так делают из вредности своей, то ли из-за заботы о ближних.
А дядька Рони, он просто печет для всей деревни хлеб. Вот только для нас так старается, что аж котелок по плите скачет. Все потому что нравится ему моя бабка. Но только с любимой ему не повезло. Занята она уже была.
Иногда сложно ее называть "бабушка" – чистокровная драконесса выглядела лет на тридцать, не больше. Однако спорить с ней было себе дороже. Магия у нее была особенная, мягкая, светла и в то же время пробирающая о косточек, заставляющая кровь в жилах застывать. Но это только если ее разозлить. А так да, светлая, чистая и вообще с примесью исцеления. Таких как она называют “Драконы жизни”.
Вот и уважает ее вся деревня да побаивается втихомолку.
А вообще есть у драконов одна интересная черта характера. Они любят присваивать все себе, а в особенности своих возлюбленных. Ну, драконессы в этом плане немного культурнее, а вот мужики могут и запереть свою избранницу либо в сокровищнице, либо в высокой башне. Думаете откуда эти сказки пошли о “Принцессах в башне”? Так, грубо говоря, и познакомились мои дедушка с бабушкой. И это надо же было додуматься средь бела дня стащить из кареты демона-дипломата, который ехал на переговоры. Какой был скандал! В итоге, правда, все утряслось через несколько месяцев. Ну как через несколько? Год - через год все утряслось. А до этого увы дедуля был в плену бабушки и был счастлив. Ну по его словам.
А дяде Рони на этом фронте ничего не светит, потому что демоны – это страшная сила, да и драконы, по сути своей, однолюбы. И в чем тут подвох, демоны, как и драконы могут иметь много любовниц, а вот возлюбленная, любимая, да и вообще свет всей их жизни у них одна и на всю жизнь, ну или один. Бабушка говорит, что на их языке для этого даже отдельное слово есть, вот только на просьбы озвучить его все махала рукой. Говорила, что не время мне еще о любви думать. Мол маленькая я еще для таких вот подробностей.
Так вот, похитила моя бабушка демона и унесла его в горы. Там то они и воевали, долго, упорно, пока деда не сдался на ее чешуйчатую милость. Потом у них появился папа. Собственно, из-за него скандал и замяли, а он в свою очередь, как истинный дракон-демон, оказался наглее, хитрее и проворнее. Одним словом перенял от своих родителей только лучшее из лучшего. Повзрослев, он внаглую стащил из эльфийского приграничья мою маму, которая оказалась полукровкой с примесью вампирской крови. Даже удивительно что кто-то из светлых эльфов запачкал себя. Они же ярые противники смешения крови. Чистюли.
Ну соответственно после похищения уже моей мамы появилась я, чудо чудное, диво дивное, в коем понамешано было – мама, не горюй.