— По поводу других факультетов, — продолжил Драко, — я расспросил после обеда парочку ребят с Равенкло. Вкратце, если бы Гермиона попала бы к ним, то и там не прижилась: слишком тоталитарна. Рон — лентяй. Все согласны с нашим деканом: что он забыл в школе — непонятно. Невилл — обычный тихоня. Для них — ничего интересного.
— Мнение Хаффлпаффа точно такое же.
— Понятно. Что я еще могу от себя добавить, — чуть помолчав, сказал Гарри. — Думаю, эта информация все равно скоро станет достоянием всей Школы. Один мой дар — целительство, поэтому я сейчас учусь у нашей мадам Помфри. И сегодня у меня была первая практика. Догадайтесь, на ком…
— Гарри, скажи, что на ком-то из грифов!
— Да, именно на них. Вчера в Больничное крыло попали Гермиона, Рон, Невилл и Перси с различными по степени тяжести травмами. А сегодня среди гриффиндорцев пошел слух, что у Грейнджер был стихийный темномагический выброс. По сведениям той же Парвати, вчера профессор МакГонагалл решила применить трудотерапию по методу профессора Снейпа на своих подопечных. Этим первоклашкам досталась каминная зона в своей гостиной. И все бы ничего, но они решили не только почистить камин снаружи, но и внутри. И не додумались ни до чего лучше, чем применить к камину «Мундис каминус». В результате подпитки своей энергией этого заклинания, оно вышло из-под контроля, разнесло всю гостиную и взорвало каминную трубу.
— Мдя… Ума — палата…
— Именно. Так что, предлагаю за ними еще присмотреть. Может, после этого взрыва мозги на место встанут…
— Вряд ли. У Уизли шестого точно не встанут. У него даже сотрясения мозга нет. А на остальных — посмотрим. Ладно, я побежал в гостиную, скоро декан придет. Вы еще тут?
— Да нет, пойдем вместе. А то еще куча вопросов будет от остальных.
***
Когда Гарри ушел из Больничного крыла, гриффиндорцы тихо приходили в себя. Мадам Помфри лишь посмеялась, глядя на эти ошарашенные лица, но оставила их в одиночестве.
«А Поттер не такой и высокомерный парень», — думал Перси, отходя от первого шока, — «интересно… Надо будет присмотреться к нему. Родители думали, что Рон подружится с Поттером, и тот часто будет гостить у нас. Хм. А директор говорил, что мальчик ничего до письма из Хогвартса не знал о волшебном мире, а тут такие познания… Что-то здесь не чисто…»
«О, Мерлин! Опять этот Поттер! Теперь он еще и колдомедик! Тьфу на него! И на зельях „Ах, Поттер“, и на трансфигурации „Поттер, продолжайте отрабатывать формулу, совершенствуйте её! У вас явно талант вашего отца!“. А что из себя представляет этот „мистер Поттер“? Так, шарик на ножках! Дутая знаменитость! Если бы не этот шрам, кто бы на него обращал внимания? А так… Во все дырки затычка!» — метался Рон Уизли по кровати.
«А Гарри преподносит все больше и больше сюрпризов», — в свою очередь думал Невилл. — «Значит, ученик колдомедика. Зелья, чары, целительство… Наверняка, еще и ритуалы. А поскольку он Поттер, то, скорее всего, еще и артефакторика… Интересная шкатулка Пандоры… А этот… Рон… он, похоже, даже не понял, чему свидетелем стал. Да и Перси. Но тот хотя бы задумался. Уже хорошо. Интересно, что там наша ходячая энциклопедия пыхтит, как ежик? Книжку отобрали? Так правильно. Если у нее родители врачи, пусть и сто-ма-то-ло-ги, то она должна понимать, чем ей грозит чтение при сотрясении мозга. Вроде бы, профессор Снейп сказал, что у Рона сотрясаться нечему, но, похоже, и у Гермионы тоже идет частичная блокировка мозга. Правильно Персиваль её охарактеризовал: „Такая умная, что просто дура“. Надо будет как-то ее адаптировать в приличное магическое общество. Может, попросить Гарри провести для нас с ней пару ритуалов? Не на крови. А что у нас не на крови? Даже для „Благодарения Магии“ надо кровью круг замкнуть. Ладно, лучше у Гарри спросить».
А в это время у себя в кабинете мадам Помфри укладывала отдохнуть своего первого ученика. Немного покапризничав: попросив у нее подушку, он вырубился практически мгновенно.
«Северус, твой Поттер еще у меня. Практика прошла замечательно. Не волнуйся, у него легкое магическое истощение, но так надо было. Зелья твои выпил, сейчас отдохнет, и я его отпущу», — патронус — утка величественно ушела по назначению.