Домовик исчез, а рядом оказалась Поппи.
— Северус, что ты хочешь ему дать?
— Болеутоляющее. У меня должен был остаться один флакон, специально для него.
— Мастер Снейп, — прервал их домовик, держащий искомый флакон в лапках, — ваше зелье.
— Спасибо, Трилли. Пока все.
Домовик исчез с тихим хлопком. Северус, положив голову мальчика на свою руку, привычно приподнял его, приставив флакон к губам.
— Гарри, если ты меня слышишь, сожми руку. Хорошо. Я тебе сейчас дам обезболивающее, постарайся проглотить, — почувствовав легкое сжатие, он приоткрыл ему рот и наклонил флакон. — По глотку, иначе захлебнешься. Молодец. Знаю, противно, но надо. Не фырчи. Улучшать вкус не буду! И тебе не дам. В зелье с улучшенным вкусом половина компонентов ядовита. А если еще с рецептурой ошибиться даже в доле унции, то труп обеспечен. Легче? — еще одно легкое качание, и медьковедьма, прячущая веселые глаза.
— Северус, у тебя хорошо получается, — хихикая, сказала Поппи.
— Да ну тебя, — фыркнул зельевар. — Гарри, мадам Помфри необходимо проверить вектор твоей магии, можно? — почувствовав, как напрягся ребенок в его руках, он продолжил. — От этого зависит, какие зелья тебе надо давать. И мы с мадам хотим попробовать провести лечебный ритуал. Но для выбора более действенного, нужно знать вектор твоей магии. Да, я знаю его, но я без твоего разрешения не могу разглашать такую информацию. Мало ли кто и для каких целей спрашивает. Это слишком… личная информация, которую только сам волшебник решает, кому он может ее доверить. Так что, можно? — пальцы Гарри нерешительно сжались на руке декана. — Хорошо, там нет ничего сложного: просто надо будет сжать в руке один амулет, и, желательно, чуть выпустить свою магию в него. Поппи, давай определитель, быстро. Гарри, держи.
Он осторожно вложил небольшой камень и сжал руку мальчика. Около минуты ничего не происходило, а затем… Даже Северус завороженно смотрел на камень: одно дело слышать и представлять, и совсем другое — увидеть. В конце концов, амулет засветился темно-бордовым, переходящим в не менее темный зеленый, который в свою очередь плавно перетекал в небесно-голубой. Но в результате все заволокла тьма с золотыми искрами.
— Ничего себе! — восхитилась мадам. — Но Тьма…
— Поппи, ты помнишь, откуда пошел род Поттеров? С чего вообще все решили, что Поттеры — светлый род? С того, что они не присоединились к Темному Лорду? Так сама знаешь: темный не значит маньяк.
— Знаю, Северус. Просто… Неожиданно. Но это меняет дело. Кстати, это одна и из причин, почему на него не действуют эликсиры.
— В смысле?
— Ты должен знать, что еще лет триста назад, когда утверждали основные рецепты зелий, лечебные практически все были переделаны для светлых и нейтральных магов. Темные варили себе сами: как раз был очередной виток борьбы добра и зла, и темных слишком часто травили. Так что, по-хорошему, надо найти те рецепты. Или… продолжать варить на крови, пока никто не догадался.
— Хорошо. Этого я не знал, — Северус задумался. — Я поищу старые рукописи. Спрошу в Гильдии в крайнем случае. У них-то должны остаться какие-нибудь записи.
— С этим решили. Теперь насчет ритуала. Ритуал Рейгонса, в таком случае, мы проведем без проблем. Состав участников подходящий. Насколько я понимаю, все хорошо знакомы с Гарри или хотя бы общаются.
— Да.
— В таком случае, иди открывай Зал: не будем терять время.
— Поппи, — Северус к чему-то прислушался. — Где-то минут через пятнадцать — двадцать придет директор. Я сейчас попробую открыть Зал и пойду сварю тройку эликсиров. Это мне как раз на полчаса. Как директор уйдет, пошлешь мне патронуса.
— Договорились.
В этот момент дверь в Больничное крыло открылась, и в помещение тихо просочились пятнадцать ребят: вся команда Слизерина, семеро «чертенят» и близнецы Уизли. Мадам, выглянув из-за ширмы на шум двери, и увидев количество посетителей, негодующе фыркнула и поспешила им на встречу.
— Поппи, подожди их выгонять. А то мне придется некоторых ловить по всему замку. Мистер Поттер, как вы? — почувствовав легкое сжатие, он продолжил. — Постарайтесь заснуть. Обезболивающее будет действовать еще часа два, — сжав еще раз мальчика, передав чуть своей магии, он положил его обратно на кровать и вышел из-за ширмы. — Добрый день, молодые люди и дамы.