Выбрать главу

— Он сам предложил? — левая бровь взметнулась в удивлении: наследник Малфой очень редко что-то делает «для души», обычно, во всем есть своя выгода.

— Нет, я попросил, а он согласился. По-моему, он сам искал повод задержаться рядом.

— Может быть. И как вам родители Драко?

— Красивые и строгие. К сожалению, за те две минуты я не смог их лучше узнать.

— Ничего, у вас еще будет время, я думаю, — Северус с улыбкой вспомнил тот вечер после окончания сборов к школе.

Хоть Гарри и не смог узнать родителей будущего друга лучше, они свое мнение успели составить. Несмотря на то, что ребенок был в старой, страшной поношенной одежде, он произвел на них благоприятное впечатление своими вежливыми манерами и уважением. Так что проблем с разрешением на дружбу у Драко не возникло.

— Сэр, а Беллатриса?

— А вот с ней, не дай Мерлин, вам встретиться. Одна, пожалуй, даже единственная фанатка Темного Лорда. Причем с чисто Блэковским темпераментом высушенного сена, политого бензином, обсыпанного порохом и поднесенным вечным огнем… К тому же отягощённую даром Боевого мага.

— Бр-р-р! — Гарри даже плечами передернул, представив эту картину. — То есть, сначала прибьет, потом спросит: кто это был?

— Еще и канкан станцует на твоей могиле. Твой друг Невилл Лонгботтом остался сиротой при живых родителях именно из-за нее. Но поверь мне, если ты попадешь под горячую руку леди Малфой, тебя это мало спасет. В отличие от своей старшей сестры, Нарцисса больше любит проклятия. Тонкие, сложно определимые, с отсроченным сроком действия и, иногда, особо унизительные.

— Например, сэр?

— Только между нами! Даже Драко о своей maman такого не знает!

— Конечно, сэр!

— Пошли до окна, я по пути расскажу эту историю, — и Северус коварно поднял ученика со стула, где тот вполне себе вольготно устроился, и чуть придерживая за предплечье, продолжил. — Был у Люциуса один партнер по бизнесу. Человек, как человек. Но скользкий! Люц и сам-то тот еще жук, но этот реально решил не только обмануть во время сделки, но еще и подставить. В общем, навел он на Люциуса авроров, когда тот покупал печень дракона в особо крупных объемах.

— А ее можно приобрести только десять унций в одни руки.

— Именно. Люциуса тогда продержали в следственном изоляторе неделю, пока его адвокаты разруливали эту ситуацию. А этот человек, сдавший его, спокойненько так пришел в Малфой-мэнор высказать свои соболезнования леди Малфой, а заодно уговорить ее продать один очень редкий и не совсем легальный по нынешним временам артефакт. Нарцисса мило так с ним поговорила, высказав благодарность за поддержку в столько тяжелое для нее время, и, посетовав, что у нее нет доступа к хранилищам рода Малфой, типа чистокровные заморочки, выпроводила его из дома, наградив отсроченными на два дня проклятиями: чиреев на мягкое место, неудачей, временной амнезией, и заставляющим говорить только правду. И никаких доказательств, что это ее рук дело. Кстати, защитные амулеты не помогли.

— Ничего себе! Вот это леди… А как посмотришь… Ледяная Королева…

— Гарри, держись за подоконник. Видишь, дошли. А ты сомневался. На счет леди Малфой. Она не Ледяная, она аристократка. Их этому с младенчества учат. Ты посмотри внимательно на других змеек. Они такие же. Только из-за возраста эта маска еще намертво не прилипла к ним. Все, давай, пошли обратно к кровати. Ты уже дрожишь от напряжения.

— Сэр, раз мы встали. То есть, раз я пошел, можно мне в душ? Все эти заклинания — это хорошо, но обычную воду ничто не заменит…

— Ты же упадешь в душе!

— Можете потом допинать меня до кровати.

— Гарри, давай завтра. Ты сейчас отдохнешь, наберешься сил, и завтра мы сразу пойдем в душ. Потерпи один день.

— Но, сэр, мне кажется, что эти заклинания с меня кожу живьем снимают…

— Поверь, с твоей кожей все в порядке. Завтра постарайся хотя бы раза три сделать этот комплекс упражнений. А я принесу перед завтраком книгу по растительным ядам.

— Хорошо, сэр.

— Вот и умница, а теперь спи.

— Спокойной ночи, сэ-е-е… — Гарри заснул, даже не договорив.

Вернув кровати первоначальный вид, Северус отменил все заклинания и вышел из-за ширмы. С другой стороны его уже ждала мадам Помфри.