— Люблю счастливые истории, — видя некоторое напряжение, вызванное старой женщиной, в разговор вмешался рядом стоящий человек. — Я капитан Кидд, рад знакомству… Ладно, пора отчаливать, я пойду всё перепроверю, у вас минут десять.
— Спасибо, мы долго не будем, — ответил ему мужчина и добавил. — Заодно отведите этого красивого юношу, — он потрепал волосы дочери, — в мою каюту.
— Хорошо.
Нехотя девушка отпустила отца и, поблагодарив старую женщину, при этом низко поклонившись, пошла вслед за капитаном Киддом. Ей было интересно услышать разговор двоих, но воспитание не позволяло ей перечить отцу, и даже долгая разлука не смогла разбаловать её, возможно, даже наоборот.
— Перейдём к делу, — сказал отец Юкико старой бабушке. — Должен сказать, маскироваться вы умеете хорошо. Считайте, что это комплимент. Проблем не было, пока вы добирались сюда?
— Нет. Сама поражена.
— Хах, это да, люди, нанятые нами, знают своё дело. Это правда, что вы не имеете никакого прямого отношения к ним?
Отвернувшись немного в сторону, она грубо ответила:
— Значит, вам сказали.
Она знала, кто стоит перед ней и даже несмотря на то, что могла была быть одного возраста с ним или может даже старше, обращаться на «ты» не стала, но и прогибаться тоже не собиралась.
— Да.
Мужчина не стал говорить вслух обо всех своих мыслях, например, о том, что уже давно сотрудничает с организацией, организовавшей всё это, о том, что и сам был немного удивлен, когда ему предложили не просто защитить дочь, но и организовать её возврат домой. Поначалу он не поверил, но потом вспомнил, что сотрудничает уже около пятнадцати лет и ни разу не был обманут. Мгновенно в его голове пронеслись все услуги, которые были выполнены для их семьи. Потом он подумал о произошедших событиях и прочем. В общем, он был погружён в самые разные мысли. Отец Юкико был из тех людей, которые за секунду думают больше, чем некоторые люди за час. Вызвано это было невероятной ответственностью, которая ложилась на любое его решение — ошибки были запрещены.
— Разве возвращать её сейчас не опасно? Я немного знаю о вашем конфликте с правительством.
Первой заговорила старая бабушка, видимо, утоляя свой интерес, а, возможно, и испытывая некоторое переживание: как-никак она провела с девочкой достаточно длительное время и, хоть поначалу недолюбливала её, вскоре поняла, что та лишь в некотором смысле такая же заложница обстоятельств как и она сама.
— Спасибо, что волнуетесь за неё. Она будет в главном доме. Если раньше на нас ещё могли напасть, то сейчас у нас появилось куда больше союзников. Хоть конфликт и продолжается, но теперь атаковать напрямую нас не могут. Главное доставить, но учитывая, что сейчас твориться… Внимание правительства сконцентрировано на других вещах. В этом деле главное не поспешить и не опоздать и, как видите, организация, которую мы наняли, просчитала всё до мелочей.
Старая бабушка лишь кивнула. Потеряв интерес, она сказала:
— Не буду больше вас задерживать.
— Уже уходите? — спросил мужчина.
— Да, — строго ответила та.
Он не стал останавливать её — старушка мало заботила его. Он ответил:
— Ещё раз спасибо. До свидания.
Попрощавшись в ответ, она развернулась, спустилась и пошла куда-то, «утонув» среди матросов.
Вздохнув, отец Юкико подумал о том, что, скорее всего, женщина, надевшая личину бабушки может умереть уже в ближайшее время. Он пошёл к дочери, корабль отчалил.
— Отец! — радостно сказала девушка, хоть и сквозь слёзы, когда он вошёл к ней и сел.
— Сильно не расслабляйся, скоро мы пересядем на другой корабль.
— Хорошо.
— Как ты?
— Нормально… Ты не знаешь… что с Тсузурой-семпай?
Понимая, что лучше ответить как есть, отец сказал:
— Она была поймана, а когда узнала, что с тобой всё нормально, покончила жизнь…
— Я-ясс-ноо… хнык. А я…я, хнык… Я покинула Батор в тот же день, хнык, как нас раскрыли, хнык… ууу…
— Успокойся.
Встав и сев рядом, отец вновь обнял дочь.
— Она знала, что так нужно…
Утешать отец умел плохо, но и университет для этого он не заканчивал.
Юкико ревела. Последние годы, прожитые вне дома, сейчас казались как какой-то далёкий сон.
Глава 86. Курс (часть 3)
Старая женщина вышла из бухты Фёдорова, бросив до этого последний взгляд на уплывающий корабль. Это была миссис Верт, которая некогда работала на контрразведку Монголии, но потом что-то пошло не так (интересно, что же?) и она оказалась втянута в серьёзные закулисные события. Можно ли назвать её предателем родины? Точно сказать нельзя, но сама она считала именно так. Вероятно, имей она более высокое звание или статус в контрразведке, а не будь мелкой сошкой (как мысленно сама себя величала), то её бы заставили пройти какое-нибудь психологическое обучение, благодаря которому даже шантаж семьёй не смог бы заставить её пойти против своей страны. По крайней мере, она была в этом уверена. А сейчас она была даже рада тому, что ничего такого не произошло: путешествуя около тринадцати дней, она многое переосмыслила, особенно то, что людей много, стран много, а семья — одна. И хоть она была не уверенна, что ход её мыслей верен и что с ним согласятся другие, она приняла свои перемены во взглядах как должное. Возможно, история или даже трагедия девочки из семьи Йотсуба сыграли в этом не последнюю роль. В какой-то момент помочь подростку вернуться домой даже стало чем-то желанным, перерастя в искреннее побуждение. И вот сейчас, когда её часть работы была окончена, внутри осталась пустота, ещё и неуверенность по поводу дальнейших событий подливала масла в огонь. Она не была пессимистом, но и без этого осознавала тяжесть своего положения.