Когда обе марионетки покинули свои ёмкости, мужчина стал экспериментировать. Внимательно следя за первой, он сперва заставил её делать обычные вещи, такие как перенести какой-нибудь предмет из одной части комнаты в другую или постучать по стене, а потом вызвал через неё волшебство. Появилась водная сфера.
У мужчины возникли сомнение. Он задумался. Конечно же, этот эксперимент он проводил не просто так.
«Сначала я подумал, что у меня к этому времени просто замылились глаза. Видимо, нет… — он стал чесать голову, при этом вспоминая некоторые кадры, которые недавно просмотрел. — Странно всё это… Странно…»
Затем он заставил марионетку использовать другую магию, такую же, которую использовал сейчас сам. После этого в движение пришло и второе тело, упавшее до этого на пол.
Мужчина немного успокоился. Он всегда успокаивался, когда перепроверял этот трюк (или он специально перепроверял его, чтобы успокоиться?): для него это был своего рода ритуал. Только в отличие от большинства других ритуалов, его — восхвалял реально существующую силу. Правильнее сказать, ритуал сам являлся этой силой.
«Я уже начал создавать Сеть. Объединив её, можно будет позабыть обо всём, начать всё с чистого листа».
Спокойный и счастливый, этот человек ни грамма не походил на «сумасшедшего учёного». Он им и не был. Зрелый мужчина просто являлся «немного радикалом», готовым убить парочку человек, а может… и миллион.
Но сейчас больше всего он хотел избавить от нескольких людей. Он считал, что они ему мешают, отчасти винил их в своих проблемах, отчасти считал, что они тормозят его «рост». Возможно, он боялся их? Нет, это вряд ли. Просто хотел убить и «законсервировать». Так ему будет спокойнее. Правда, он не знал, где они. А искать сейчас не мог: последние события вынудили его принять серьёзное решение: пуще прежнего залечь на дно.
«В данный момент нужно сконцентрировать на работе», — так решил «наш герой».
Глава 105. Начало конфронтации (часть 1)
(От 1 лица)
23 октября 2218 года. Пятница. Старшая школа магии №10.
Вчера днём мы с Мишель вернулись в Батор. А чуть позже она полетела в другую страну по работе. И хоть я смог немного ей помочь, по крайней мере, считал так сам, всё равно толика внутреннего переживания осталась с ней.
Навязываться к девушке в путешествие, даже если в шутку, я не стал. Потому что знал: это в любом случае невозможно (в её глазах), а сама тема могла расстроить её. Сам не знаю почему, но её переживание передалось и мне (или я просто волновался о ней?), поэтому время от времени я обдумывал эту ситуацию. В конечном счёте, я пришёл к мысли, что чтобы не случилось, всё будет в порядке, пока есть я…
— Доброе утро, Караак!! — послышался весёлый и громкий голос одноклассницы. Рядом с ней были ещё двое. Я поприветствовал их кивком.
— Что с плечом? — поинтересовался Отто Фишер.
Редкое проявление заботы с его стороны. Как я понял, он и стоящие рядом Милина и Сьюзен пришли сегодня в школу все вместе. Лица девушек были не менее вопрошающими. Мне показалось странным, что Ганц Йохансон не посвятил в «мои дела» свою протеже — Милину Гофф. Хотя, с другой стороны, даже несмотря на их отношения, отчитываться перед ней он не обязан. (Или это связанно с Мишель, а если точнее, её дядей?)
Сегодня был тот редкий случай, когда перед первой парой мы встретились не в классе, а на улице — в школьном парке. Если говорить точнее, то я сидел на скамье поодаль от центральной тропинки, которая в это время была полностью заполнена направляющимися на занятия учениками. Моё место располагалось в более спокойной (малолюдной) части школьного двора. Судя по всему, трое одноклассников заметили меня издали. Вот так вот.
— Всё нормально. Просто царапина, — ответил я уклончиво, потому что желания разъяснять подробности совершенно не было. Тем более эти подробности их никоим образом не касались. — Садитесь. Время до начала пары ещё много. Я даже удивлён, что вы так рано пришли. Лучше расскажите, что у вас нового.
Я указал всем на лавочку с кучей свободного места.
— Та всё как всегда, — первой присела и заговорила Милина. Затем она без задней мысли начала «жаловаться», о чём впоследствии пожалеет. — Хотя в последние дни учитель серьёзно взялся за меня… Каждый день остаюсь после занятий до вечера.
Сказала она это с гордостью и некоторой усталостью в голосе. Насколько я знал, просто «учителем», без уточнений и прочего, она называла директора школы. Это вошло в привычку, после того, как он «завербовал» её.