«А так можно было?!» — всплыло у меня в голове после её ухода. А ведь на её месте мог быть я… хотя… уходить вот так — как-то по-ребячески.
— Думаю, так даже лучше, — сказал я, посмотрев на Отто. — Видимо, на неё много всякого навалилось. Не суди строго. А мои слова… если не дура, рано или поздно осмыслит их.
— …Наверное, ты прав.
— Не «наверное», а «прав», хах. Так что там у вас? Смотрю, тебя потрепало. Но раз ещё не помер, значит, жить будешь.
— Как и сказал, а если бы и помер — тебе ведь всё равно. Разве нет?
Я промолчал.
— Пусть мы знакомы не так долго, но мог бы и на похороны прийти, или хотя бы поинтересоваться, что да как. Она к тебе всё-таки очень хорошо относилась…
— Как и сказал, — вернул я ему, — мы знакомы не так долго, чтобы думать или тем более корить себя за что-то такое. К слову… Но об этом позже. Так что ты хочешь? Найти виновных, отомстить или, может, просто выговориться?
— Я… я… Я не знаю… С того момента время будто остановилось… а сам я — на дне океана: вода давит всей своей массой… Не даёт двигаться, мыслить… жить. Я правда не знаю… Просто хотел вас увидеть. А вы морозитесь. Что Милина, что ты…
— Мне можно, я уже сказал почему. К слову… Но об этом позже. А Милина, да, что-то и впрямь слегка перегибает. Тем более, вы были такими дружными.
Лицо Отто передёрнулось. Видимо, я ударил по больному.
— Она не сразу так, — сказал он. — Поначалу всё терпимо было. В отличие от тебя, она даже на похоронах была… А потом…
— …чёрт за одно место укусил?
— Как-то так…
— Бывает. Ты ведь и сам знаешь, что даже не случись тех событий в школе, рано или поздно она бы изменилась, а ваши пути, скорее всего, разошлись бы. С момента появления «счастливого билета в жизнь», её статус приравнялся к… как ты их там называешь?.. точно, к «неприятным» личностям, хах.
Какое-то время Отто смотрел на меня в молчании, чуть погодя решился заговорить:
— Понимал… Она уже до тех событий сильно изменилась…
— Тем более.
— …но мне было всё равно… С ней бы наши дороги в любом случае разошлись, а вот Сьюзен…
— Однако Сьюзен больше нет.
В ответ послышалось очень тихое: «Да…»
Повисла пауза, которую я заел кофе с шоколадкой.
— Так вот, — сказал я, отставив чёрную жижу, которую в этом месте гордо называли «кофе», — вернёмся к сути. Я уже, наверное, спрашивал, но всё-таки скажи, чего ты хочешь? Я понимаю, что ты и сам не знаешь, но если не знаешь ты, то я — подавно.
Зафиксировав взгляд на собеседнике, я продолжил:
— Просто хотел встретиться со мной и Милиной? Тогда эту часть мы прошли. Что дальше? Найти виновных, отомстить?.. отыскать новую девушку, воскресить старую?.. замкнуться дома, захватить и уничтожить мир?.. жить дальше как ни в чём не бывало или умереть? — вариантов так много. Одни осуществимы, другие — нет. С чем-то я в состоянии помочь, а с чем-то — нет. (Если тебе вообще нужна моя помощь.) Так что, думай. И не смотри так. Я не давлю, просто хочу закрыть этот вопрос как можно быстрее.
Глава 159. Не в себе (часть 18)
Отто так и не смог сформулировать что-то конкретное или внятное. Либо он и в правду не знал, либо боялся высказать свои желания. Хотя… последнее явно не про него. Дабы немного разрядить наш ни к чему не ведущий разговор, я перевёл тему на всякие бытовые вещи: новая школа, планы на поступление и т.д.
Ответы были быстрыми и однозначными. Правда, неискренними.
— Ладно… — сказал я, устав от долгих бессмысленных речей. — Так как правда тебе особо-то и неинтересна, а сам ты не знаешь, чего хочешь, думаю, в остальном я тебе не помощник…
— Правда?.. Какая может быть правда? Ты же и сам всё понимаешь. Уж кто-кто, а ты…
— Я глупее, чем кажусь на самом деле, хах. Не стоит меня переоценивать. Значит, ты уже разобрался во всей этой ситуации?
— Ну… я долго думал на этот счёт…
— Оно и видно, небось пока лежал в больнице успел ещё и целую поэму написать.
— Нет…
— Ладно тебе. Так что, разобрался? Что понял, до чего додумался?
— …Понял, что мне обидно… Иногда злоба пробирает всё тело. Но если говорить о виновных и невиновных… я не думаю, что такое мог устроить какой-нибудь клан.
— О, мнение прям как из газет.
— Нет… Мне кажется, что здесь скорее замешаны сторонние Мировые Волшебники, может связанные с властью, может даже и с других стран. Но тогда это даже пугает... всё-таки это Монголия. Или они зря столько всего в армию вливают? — закончил он риторически.
— Вот оно как… Может и зря, — только и сказал я.
Я не стал придираться к тому, что и кланы могут соответствовать этим трём пунктам (наличие Мировых Волшебников, связь с властью и причастность к другим странам). Смысл слов Отто до меня вполне дошёл: он грешил на власть имущих подобных Регану О'Лири. Что сказать, винить его в таких умозаключениях, пусть и не совсем верных, то ещё кощунство. Ведь смысла в них куда больше, чем в тех жёлтых СМИ, рассказывающих как Ганц Йохансон переел сладкого и устроил бойню от нечего делать. Но факт оставался фактом: оба предположения являются ошибочными. (Мы ведь с вами знаем другую «правду». Самую правдивую из всех.)