Дав указания трем-с-половиной-невеждам, я достал блокнот и стал дочитывать рассказ «Не один день из жизни Джулии». Быстренько дошёл до конца, закрыл и стал придумывать как бы с ней лучше пересечься. Приоткрыл сумку и с мыслью: «Тебя нужно будет сжечь», спрятал блокнот обратно. К слову, это была новая сумка. Она походила на старую школьную, но имела другой оттенок. На такую важную замену пришлось пойти после превращения последней в тряпки — важная составляющая симуляции «выжившего». Если их что и роднило, так это торчащая рукоять Волхва.
Том 2. Детские куклы. Глава 183-187 + Эпилог
Глава 183. Хорошее настроение (часть 2)
Четверо мальчиков продолжали мысленно тренироваться. Они старались. Вот что значит послушание. (Не слушаться и меня?!) Хотя иной раз они всё же отвлекались. На всякие мелочи или внешний шум. За что приходилось устраивать нагоняй: от едкого словца до грубого пинка. Больше всех доставалось Адаму, причём независимо от того заслуженно это или нет. Правда, своё редкое желание взять в руки Волхв и использовать его не по назначению я успешно подавлял и до крайностей не доходил. (Как минимум здесь была куча преподавателей…)
В общем, приходилось ходить туда-сюда: от мягкого и приятного, как гусиный пух, кресла к грубым и неотёсанным, как их собственные камни, мальчикам. (И наоборот.) Пинать их магией на расстоянии я воздержался, хотя стоит признать — это упростило бы весь процесс «обучения» и избавило бы меня от излишних телодвижений.
Итак, понаблюдав какое-то время со стороны и проконтролировав выполнение поставленной задачи, я уже начал планировать переход на следующий этап их тренировки — пришло время для первых попыток синтезировать каменную фигуру нашего объекта — Шарлотты Валенштайн. К слову о ней: женщина всё сильнее и сильнее интересовалась происходящим. Что-что, а заметить мальчиков, бросающих на неё свои (похотливые?) взгляды, ей было нетрудно. Так что в этом смысле, горе-четвёрка уже давно провалила свою «миссию».
Однако прежде чем я успел встать и дать новые указания, меня занял другой человек. Это был один приевшийся преподаватель, пришедший сюда минутами ранее:
— …Неужели чудеса случаются? — поинтересовался он.
— Чудеса? Это максимально субъективное понятие. Например, с моей точки зрения было бы куда чудеснее не подходи вы ко мне.
— Умничаешь? Я уже привык, — парировал куратор и сел рядом. — Более того, твоя прямолинейность начинает мне нравиться. Всем бы быть такими как ты.
— Нравится? Больше похоже на то, что вы становитесь мазохистом, хотя… судя по всему вы всегда им и были, раз не отстали после нашего первого и всех последующих разговоров.
Мой собеседник издал смешок, а затем сказал:
— Это вряд ли. И почему ты такой ворчливый?
— Всё вполне логично. Всё зависит от человека: вы подходите — я ворчливый, вы не подходите — я неворчливый.
— О как. Может мне начать записывать твои высказывания?
— Если вам нечем заняться… Хотя… учитывая, что вы так надо мной «трясётесь» — вам и правду нечем заняться.
— Вот так и проявляй заботу… — вздохнул и иронично заметил куратор.
— Заботу? Думаете, я трудный подросток и, выказав заботу, до меня можно будет достучаться? Похвально. Но это так не работает: я вполне нормальный. Или вы считаете, что я ненормальный?
— Я… — запнулся куратор. Чуть погодя продолжил. — Вопрос с подвохом. Конечно я не считаю тебя ненормальным.
— Правда? А зря, ха-ха.
Тот промолчал, хотя где-то внутри нахмурился. Я продолжил:
— Знаете, если честно, я занят, может, на этом закончим? Уверен, у вас есть и другие дела, может ими и займётесь?
— Вообще-то, — начал тот, — это не так. И было бы странно не подойти я к тебе, пусть ты и не считаешь это чем-то приятным. Всё-таки я здесь исключительно из-за тебя.
— Сплетни разносятся так быстро? И почему я не удивлён.
— Это не сплетни. Но да, мне сообщили. И говоря откровенно, я не хотел идти, но дабы потом не сожалеть, я предпочёл прийти и принять на себя твоё недовольство.
— Хах, из этого можно сделать вывод, что вы пришли выбесить меня? Похвально. Как бы сказал вон тот мальчик, — я указал в сторону Тоши, — у вас с самого начала была тактика, и вы её придерживаетесь.
— Ты снова всё перекрутил, я здесь не для этого.
— Не для этого? Значит, беспокоитесь, что я могу кому-то причинить вред?
— Не совсем, но за тобой нужен глаз да глаз.
— И где вы были, когда я учился в старой школе? Возможно, она бы сейчас стояла целёхонькая-прицелёхонькая, ха-ха…
— Если честно, не вижу связи.
— Разве вы не знаете? За мной как взяли, да как не досмотрели, да как не доглядели, так я как взялся, да как разошёлся, — да и разрушил её!