Позволить вполне опытному преподавателю вот так вот окружить себя, да ещё и Магией Огня, — грубая тактическая ошибка. А с точки зрения любой литературы — грубая фатальная ошибка. (И если оппонент тебя превосходит, то так оно и есть).
С другой стороны — полная уверенность твоего оппонента, который, к тому же, не намерен тебя убивать, открывает множество возможностей и тебе самому, как минимум…
Клац…
— А, дьявол, — выругался я. — Простите. Секундочку…
Ту-у-к… Ту-у-к… Тук! Тук!
Я стал бить рукой по слэм-девайсу.
— Переключатели в последнее время заедают… Сейчас… Что-то не идёт. Секундочку…
Я присел…
Дун! Дун! Дун!! Дун!!! ДУН!..
…и стал долбить дном устройства о пол.
— Сейчас… Сейчас пойдёт… Как и в случае со мной, с ним тоже не обойтись без физического вмешательства, ха-ха.
— Рада, что у тебя хватает спокойствия изображать из себя клоуна.
— Клоунада — всё моё… Спасибо, что не торопите.
На этом моменте я почувствовал откуда-то сбоку тот самый «пронизывающий» взгляд того самого человека…
«Эй, Адам, я не виноват, что слэм-девайс заедает. Нашёлся великий укоритель».
ДУН!!
Я стал долбить сильнее.
ДУН!!
…
— Тебе уже не отвертеться… — заявила Шарлотта Валенштайн с появившимся умиротворением: охотник загнал свою жертву — её всё устраивало. — Признай, свой проигрыш и неправоту, тогда… Тебе достанется не так сильно…
ДУН!!
— Та ладно вам, — ответил я, приподняв голову. Огненные потоки девушки уже обжигали со всех сторон. Они были в 2-3 метрах от меня. — Кусок жестянки вот-вот заработает. Или вы спешите куда-то?
— Не…
ДУН!!
— Вот и хорошо.
ДУН!!
ДУН!!
ДУН!!
…
Её огненные потоки стали ближе. Не настолько, чтобы зажарить меня до хрустящей корочки, но настолько, чтобы мне стало очень плохо. И отчасти так оно и было. Я быстро стал горячим, красным, мокрым, как в очень жаркий солнечный день. А прошло всего лишь несколько минут.
Шарлотта Валенштайн всё ещё была спокойной и удовлетворённой. Она перебирала пальчиками. Делала узоры. Улыбалась. Играла глазками… В общем, ожидала, когда я не выдержу и сдамся. Возможно, потеряю сознание. Одним словом, наслаждалась.
…ДУН!!
— Знаете, — начал я, перестав постукивать и приподняв голову. — Я бы на вашем месте уже устал ждать. И либо атаковал, либо… Признал поражение. И как мне кажется, вам лучше выбрать последний вариант.
— И не дождаться, пока мой маленький ягнёнок не зажарится до хрустящей корочки? Так не интересно.
— Вы очень жестокий человек, вам не говорили?
— Дай подумать… Мы ведь не спешим? — улыбнулась она. — Говорили или же нет? Что-то не могу вспомнить… Хотя… Точно! Или нет… Хотя нет. Точно! Говорили.
— И вы не думали обратить внимание на этот недостаток?
— Недостаток?! — удивилась Шарлотта Валенштайн. — Это не недостаток. Это часть характера, не более. Но и в ней есть свои плюсы, например, когда нужно иметь дело с такими как ты. Хотя давай называть это строгостью. Так будет правильнее.
— Не правильнее, а удобнее. И удобнее только вам. Но не важно. Так вот, у меня к вам деловое предложение. Я всё-таки не хочу унижать вас перед всеми своей победой. Интересует?
— Хи-хи-хи, — прикрыв рот кулачком, девушка издала тонкий смешок, но быстро взяла себя в руки и весело ответила. — Давай, выкладывай.
— Итак, практически акция. Вы признаёте свой проигрыш. Соглашаетесь с тем, что вы невежественная милая девочка с белоснежно-белыми волосами, и мы расходимся. А если ласково попросите, то я даже угощу вас чашечкой кофе вместе с теми мальчиками.
— Честно?
— Давайте.
— Даже не знаю, откуда у тебя столько уверенности и безрассудства, но… От твоего щедрого предложения я вынуждена отказ…
Белые полупрозрачные песчинки… Множество песчинок…
Шух!
Шух!
Поднялись вверх.
Завертелись штормом.
Окружили меня. (Окружили её.)
Укрыли. (Замуровали.)
Потушили пламя. (Обездвижили тело.)
Разошлись облаком и нависли над нами.
Мгновение. (Попытка освободиться. Слабый стон…) Безрезультатно.
(Ещё одна попытка.) Безрезультатно. (Тяжёлый выдох…)
(Ву…)
(Языки пламени! Искры! Жар!) Однако… Песчинки. Песчинки. Песчинки.
(Снова попытки освободиться! Снова искры! Снова пламя!) Однако… Песчинки.
(Пфш…)
(Попытки использовать воду! Смыть это всё! Освободиться!!) Однако… Ещё больше песчинок.
…
Что бы это ни было — песчинки были всюду. Они были быстрее. Их было больше.
(Но девушка сопротивлялась! Не желала сдаваться!) Тщетные попытки…