— Пошёл в %0^&^&*!
— Разве твой отец не запрещает тебе ругаться?
— Повторю, пошёл на ^$%^&*3!
— Так это разные места.
— Выбирай любой вариант, который по душе, — ответил он мне моими же словами. — Поверь, я не настроен шутить. Уж поверь, ради такого я бы сюда не при…
— Давай к сути.
— К сути говоришь?! Давай! Я — не мой отец, который думает, что всё уже давно идёт своим чередом! Я знаю тебя куда лучше него!
— И?..
— Ты знал, что всё так будет, ты имеешь к этому прямое отношение?! — не давая ответить, он продолжил. — Целый клан! Уничтожен целый клан и сотни жизней. Антимагический Департамент разрушен и тоже лишился множества своих людей. Всё это — невинные жизни! Только скажи, имеешь ли ты к этому отношение?!
— Что если «да»?
— Что, спрашиваешь?! Что? Ты грёбанный больной ублюдок, вот что! Ты совсем с катушек слетел! Ещё и нас с отцом приплёл! Семья Морган ничего тебе не сделала, я знаю. Просто повеселиться и получить удовольствие?! Да тебя в смирительную рубашку и изолировать нужно, конченный псих!
Я ничего не отрицал и ни с чем не соглашался.
— Во-первых, мне обидно. Во-вторых, силёнок хватит засунуть в «смирительную рубашку и изолировать»?
Кажется, мои слова его обидели…
— …Больше никогда — слышишь?! — никогда не смей общаться и связываться со мной или моим отцом!!
— Это всё?
— Да!
Разъярившись во время своей речи, Наран даже привстал со стула и сейчас снова упал на него. Он явно был огорчён и расстроен. В моей голове всплыли недавние слова директора школы, которые он сказал во время моего внутреннего диалога: «Такова жизнь, мальчик мой, нужно быть на шаг впереди… Хочешь жить — умей вертеться», — но говорить я их не стал. Я не любил разъяснять то, что считал ненужным разъяснять — высокомерие ли это или плата за то «бесстрашие», о котором говорила Джулия из клана Бортэ? Я не знаю. Я предпочитал много думать и мало говорить, особенно о своих делах.
Было ли сказанное Нараном импульсивной выходкой на эмоциональной почве, которую вызвали непонимание и незнание? Да. Хотел ли он от меня разъяснений? Да. Мог ли я ему их дать? Да. Мог ли я пожертвовать своей «нелюбовью к разъяснениям» — своим самодовольным удобством, которое каждый раз вызывало недосказанность с моей стороны — из-за человека передо мной? Да. Но сделать этого я не успел, дверь распахнулась, и в комнату вошло чучело, вид которого был хуже, чем у растрёпанного драного веника.
— Я просил не беспокоить! — развернулся и выругался Наран.
— Та извини! Я была у директора с делом, он сказал, что ты здесь, а у меня как раз и к тебе одно. Чего такой злой, к чему такая скрытность?! — спросила Мишель Лири наехавшего на неё лейтенанта полиции, а потом посмотрела на меня. — О, и ты здесь, — потом снова перевела взгляд. — Он и тебя вывел?
Говоря «скрытность», она подразумевала то, что ни подсмотреть, ни подслушать мой разговор с Нараном было нельзя, только она не знала, что возведшим защиту, которую не смогут обойти ни она, ни даже директор школы, был я. Но справедливо подумала на допрашивающего, а не на допрашиваемого. Дело в том, что Наран был очень беспечным в компании со мной: он всегда знал, что кто-кто, а я точно не позволю, чтобы другие нас подслушали или просто случайно уловили некоторые фразы. Однако соображал он быстро и даже насильно успокоил себя:
— Я всегда действую по уставу.
Глава 62. Украшает ли ложь правду? (часть 3)
— Ясно, я слышала о твоей педантичности, — рассмеялась Мишель и села рядом с Нараном, подтянув ещё один стул. Мимолётное желание направить его в мою сторону она мгновенно отбросила. Мне кажется, что я плохо на неё влияю и мешаю работать, от этого как-то даже некомфортно.
— А я собиралась к твоему отцу, но узнав, что ты сейчас в школе, решила и с тобой поговорить, но сперва… — она посмотрела на меня. — С чего ты с утра пораньше, когда такие события и столько работы, решил допросить школьника, он конечно «знаменит», но всё же?..
— … — Наран открыл рот.
— Хоть кто-то встал на мою защиту! — заявил я. — Они всё не прекращают донимать меня с исчезнувшей школьницей, сегодня уже говорят, что она из Америки и важна их правительству, что фамилия не настоящая, а напали на меня с ней в тот день люди из Антимагического Департамента! Они же свои, зачем им это делать?!
Не успевшая ни перебить, ни остановить поток моих слов, Мишель округлила глаза и смотрела сейчас прямо на меня от услышанной информации. Из-за этого она не заметила, что лицо и Нарана было точно таким же, но, ясное дело, по другой причине. Понимая, что я не планирую подставлять ни себя, ни его, он вцепился в мой «спасательный трос», как тонущий в круг. Пора этой правде малость всплыть на поверхность: в подробностях, но со слегка подкорректированным сюжетом. И хоть после этого госбезопасность сможет собрать воедино связь между ОАК, кланом Кудо, Антимагическим Департаментом, контрразведкой и, возможно, полицией, сейчас, когда АД претерпевает не лучшие свои времена — самый настоящий кризис и разруху, а некоторые важные сотрудники убиты — и ни Кудо, ни ВМС, в который входит эта семья, не смогут им помочь, именно сейчас эта информация достойна всплыть во всей своей красе. До правды уже будет не докопаться (хотя кто знает): каждое подразделение, каждый участник займётся лишь тем, что будет прикрывать свой тыл!