— Тише ты, – шикаю на Таньку. Она хорошая девочка, но легкомысленная и болтливая. – Никого я не склеила, ясно? Это просто пакет фирмовый, а шмотки в нем обычные.
Не знаю, зачем я вру. В принципе стараюсь не афишировать того факта, что у меня есть обеспеченные друзья. Это же придется рассказывать, что к чему, выслушивать охи и ахи. И потом – чем меньше человек о тебе знает, тем лучше. Пускать близко можно только тех, в ком уверен на сто процентов, и уж точно не соседок по общаге, которых я знаю неделю.
— Вот мои супердорогие покупки, – я выкладываю на кровать длинный широкий шарф, с помощью которого можно замаскировать дырку, пачку макарон, гречи и риса, а пакет сую под кровать.
— Да, не богато, – тянет Танька, специально произнося “г” мягко. – Придется отмечать покупку шарфа гречкой.
Слава богу, она остывает к теме моих покупок, не задав вопроса, например, откуда я взяла сам пакет? Ответ я все равно не успела придумать. В свободную минутку спрятав вещи в шкаф, пакет оставляю валяться под кроватью, типа я его и не трогала. Ну вроде пронесло, но в следующий раз, если таковой случится, буду умнее.
Глава 5
Вечером в пятницу Кирилл ждет меня на парковке кафе недалеко от общаги. Я сама попросила его там встать, чтобы не привлекать лишнее внимание. Усевшись в машину, расправляю шарф, пряча дырку, и стряхиваю с шапки снег себе под ноги.
Минут тридцать назад зарядил снегопад: большие хлопья быстро падают вниз в свете фонарей. Красота, и потеплело немного, стих пронизывающий ветер. Кажется, вечер обещает быть хорошим.
— Отлично выглядишь, – улыбаюсь Кириллу, под распахнутым пальто светлая рубашка и брюки, светлые волосы аккуратно ухожены.
— Уверен, ты тоже, хотя твоя гигантская куртка делает тебя похожей на снеговика.
Я смеюсь, Кирилл широко улыбается. Кажется, у него тоже хорошее настроение. В дороге болтаем ни о чем, не хочу напрягать человека вопросами, Кириллу тоже надо хоть иногда расслабляться. Ресторан, в котором проходит благотворительный ужин, находится в центре города, и несмотря на то, что мы недалеко, приходится долго толкаться в пробке.
— Ужин проходит в формате фуршета, – рассказывает Кирилл, когда мы наконец подъезжаем. – Есть столик с закусками и напитками, есть официанты, которые ходят с ними же по залу. Скорее всего, будет какая-нибудь небольшая выставка или что-то такое, средства с которой разойдутся в фонды. Я познакомлю тебя с очень важным для меня человеком, он много инвестирует в наш фонд. Потом нужно будет немного переговорить с ним, возможно, еще с некоторыми людьми, и можно ехать. Думаю, ты не успеешь заскучать.
Я только киваю. Кирилл помогает мне выбраться из машины и, положив мою ладонь на свой локоть, ведет ко входу. Я думаю, мы выглядим забавно со стороны: он весь такой джентльмен и одет чуть ли не как граф, и я в огромном пуховике, из-под которого торчат тонкие ножки.
Снег подтаял и смешался с грязью, оставшейся на моих новых сапожках. Придется тащиться в туалет, чтобы не выглядеть неподходящей. Кирилл каким-то мистическим образом умудряется не запачкать ботинки. Видимо, это тоже графская особенность.
— Вау, – он обозревает меня сверху вниз, когда, стянув пуховик и шарф с шапкой, я отдаю их гардеробщику. – Я не ошибся, ты действительно выглядишь потрясающе.
— Просто ты первый раз видишь меня в платье, – ворчу я, скрывая смущение.
— Это точно, – она даже брови вскидывает, видимо, осознав данный факт. – Это же не первый раз в жизни, когда ты его надела?
Я все-таки смеюсь.
— Тебе повезло, что нет, я в туалет схожу, ладно? Найду тебя в зале.
Оттерев в туалете влажными салфетками грязь с сапог, я мою руки и поправляю волосы. Мудрить не стала, просто распустила их, немного подкрасилась, с ярким макияжем я бы чувствовала себя неуверенно, а это минус.
Банкетный зал, снятый для ужина, огромный и полон народу. Прямо светское мероприятие для главного разворота в местной хронике, не иначе. Даже репортеры есть с фотографами. Ну ничего себе. С ходу не увидев Кирилла, я прохожу к столикам с закусками.
Здесь всякие тарталетки и маленькие бутербродики, уверена, стоящие больших денег. Засовываю в рот целиком тарталетку с черной икрой и изо всех сил стараюсь не морщиться. А чего она невкусная такая? Я думала, если еда дорогая, то точно вкусная должна быть!