И в подтверждение слов он больно щипает меня за ягодицу.
- Даже лучше, что теперь с тобой не станцуешь, трахаться гораздо приятнее.
Рвусь из его рук, а между тем спина вдавливается в стену еще сильнее, губы Зарецкого мажут по моим. Противно, не передать. Кажется, что прямо сейчас стошнит. И тут же флешбеки.
Домик в горах. Пьяный брат Макса, который вообще не соображает, что делает. Заваливает, бормочет на ухо какую-то пошлую чушь, пытается раздевать.
Тогда я также ударилась в панику, еще в какую, и напрягала все силы. Но справиться с тушей, навалившейся на меня так и не получалось. Сейчас мы, хотя бы, не лежим, но…в остальном…
А Макс…
Что там болтал тогда ненавистный мажор по поводу расслабления…
Я думала, что едва он увидит, он подойдет и легким усилием стащит с меня своего братца, а вместо этого он…Мажор действительно подошел, но…
Но он ничего не предпринимал. Абсолютно ничего.
Он присел рядом и принялся издеваться надо мной.
По крайней мере, тогда именно так я и посчитала.
Но теперь...
Что он сказал своим проникающим вкрадчивым голосом?
Расслабиться, успокоить панику, усыпить бдительность противника.
Тогда я лишь злилась на него, впадая в еще большую суету, но…но стоило лишь последовать его совету…
Он ведь помог. Что бы я не думала или не говорила о Максе Вебере и его методах, его совет сработал тогда.
А может быть злость на него.
В общем, я быстренько представляю, что Макс рядом.
Бесячий.
С этим своим изучающим насмешливым взглядом, манерами, будто он никуда не торопится, словами, бьющими, но вместе с тем заставляющими что-то же предпринять.
И я расслабляюсь.
Это сложно, когда тебя столь настойчиво лапают, но…я просто даю своему телу команду. Стараясь делать это холодно и расчетливо. Представляю, что бы сказал мне сейчас мажор. А он бы, определенно заявил следующее:
- Глупая Тая, сколько уроков тебе нужно, чтобы запомнить простейшие действия? Или все же побудешь немного расчетливой девочкой?
Сбрасываю видение.
Иди ты, мысленно отгоняю его голос в голове. – Ты мне еще противнее, чем этот Зарецкий.
Но выход из анабиоза мгновенный.
- Да, ты прав, - заставляю выдавить вслух, едва мои губы освобождаются, - ты все еще нравишься мне, Слава.
Как же противно это произносить, особенно его имя, но выхода нет.
И это работает. Кажется.
Нет, точно.
О, боже, срабатывает.
Мои слова и моя податливость и правда немного сбавляют градус напряжения. Противник, а иначе Зарецкого давно уже не назовешь, удовлетворенно хмыкает.
- В рюкзаке у меня защита. – Ты ведь не против, чтобы я достала, прежде чем мы переместимся в спальню? – закрепляю успех.
И тут же тянусь.
Пытаюсь так на него смотреть, как раньше, то есть влюбленными глазами.
И парень ведется. Боже, он и правда настолько глуп, чтобы решить, что после всего я растаю от одного лишь его поцелуя?
Что для меня это все еще является верхом чувственного блаженства?
Только бы шокер оказался на месте, только бы оказался. И в этот момент рука нащупывает и тут же сжимает прямоугольный прибор.
И вот, если бы это был первый раз, я бы, возможно замешкалась и промедлила, но…Макс своими отстраненностью и невмешательством в ситуацию тогда, буквально вынудил меня им воспользоваться.
А второй раз сделать это оказывается гораздо проще.
И я им пользуюсь.
С улыбкой от уха до уха я прижимаюсь к Зарецкому, подавляя отторжение, тянусь, чтобы он не заметил, что именно я достаю. А потом…
Прикосновение к шее, нажатие, характерный звук.
Парень оседает мне под ноги, а я стою и разглядываю. И думаю, что навряд ли все прошло бы так гладко, если бы я перед этим не попробовала.
Тогда я была обескуражена, выведена из строя, ошарашена.
Но сейчас…сейчас ситуация предстает передо мной в несколько ином свете.
И я…Не верится, что я это думаю, но…Сейчас я ужасно благодарна мажору, что не вмешался тогда. Что подсказывал и позволил самой расправится с напирающим противником.
- Вот так, - обращаюсь к безжизненному телу Зарецкого. – А я…я…
В голове крутится нечто смутное…вчерашние ролики с танцорами, отчего-то вдруг появляются смелость и дерзость. Пальцы покалывает, адреналин закипает…
- А я все-таки буду танцевать. Так и знай! Слышишь, Зарецкий? Хотя бы назло тебе! И Динаре передай. У вас не получится! И пофиг мне, что ты этого не слышишь. Я снова начну, так и знай! А еще больше ты ко мне не подойдешь!
Выпаливаю все это буквально на одном дыхании, уверенная в этот момент, что так и будет. И фиг знает, откуда берется во мне эта уверенность.