Любимым?
Если бы мне сказал кто-нибудь, что я влюблюсь в парня за несколько недель, я бы не поверила. Что за глупость? Мы совсем не знаем друг друга, все что между нами может быть – это краткосрочный роман в командировке. Вот только я не понимаю, как буду дальше дышать без него, я уже скучаю по Картер, мысленно прощаюсь, понимая, что сегодня наш последний день вместе.
– Чемпионка, ваш дьявольский отвар и бейглы готовы, прошу к столу.
Картер в одном полотенце на бедрах делает реверанс и указывает на стол в гостиной, где накрыл завтрак. Дьявольским отваром он называет мой растворимый кофе, думая, что я другой не пью, а я ведь просто люблю его за скорость приготовления, а не потому что не могу пить натуральный.
– Вы так любезны, мистер! – хихикаю, проскальзываю мимо него и намеренно задеваю полотенце.
Белоснежная махровая ткань приземляется на пол, открывая вид на лучшую часть тела моего хоккеиста. Ладно, у него все части тела лучшие, но конкретно данная подсадила меня на этого парня и вызвала зависимость от оргазмов.
– Хулиганка – усмехается самовлюбленный наглец, складывая руки на V-образных складках, спускающихся к паху. – Предлагаешь так завтракать?
– А почему бы и нет, когда встанет по нему можно будет время определять.
– То есть, первое, что пришло тебе в голову, когда ты представила мой стояк, это солнечные часы?
– Нет, первым были непристойные изображения нашей ночи.
– Тоже думаешь об этом постоянно? – Картер подходит ко мне вплотную, ухмыляясь своей трусики-срывающей улыбкой. – Может быть, к черту этот завтрак? – он берет мою прядь и начинает многозначительно накручивать ее на палец.
– Нет, даже не думай – предупреждаю его, а сама сдерживаюсь, чтобы не наброситься на его тело как кошка. – И… Господи, Картер, натяни уже что-то, это же… – я опускаю глаза и вижу, что он снова готов доставлять мне удовольствие. Чертов, порно-актер!
– Ты сама его спровоцировала…
Роскошный, мускулистый парень запечатывает меня в кольце своих рук, опирая их на стену по обе стороны от моей головы. Его неприкрытая ничем эрекция в опасной близости от моей промежности, по которой уже текут соки моей нетерпеливости. Я зависаю на слегка загорелой груди, возбуждающей просто тем, что она есть и двигается в такт его дыханию. Поднимаю взгляд на губы, наслаждаюсь видом легкой щетины и тут же ощущаю характерный табун мурашек, нахлынувший от воспоминаний о том, как эта щетина приятно царапает тело. Картер любит жесткий секс и чувственные поцелуи – это сочетание выворачивает меня наизнанку. И сейчас он стоит передо мной совершенно голый, готовый наброситься и показать еще раз, каким должен быть секс, чтобы больше никогда не захотеть его с кем-то другим.
– Не-е-ет… – я пальчиком отодвигаю его от меня, старюсь как можно меньше касаться, чтобы не сорваться. – Я уже стоять не могу, нам нужен перерыв… – выскальзываю из кольца его рук и бегу за стол.
– Ладно – легко принимает мой отказ Картер и направляется следом за мной.
– Оденься! – выкрикиваю я.
– Точно?
– Точно!
– Раз ты настаиваешь…
***
Мы сидим за мраморным столом на бархатных стульях и уплетаем самые вкусные в мире бейглы. Наш внешний вид совсем не сочетается с обстановкой номера, для такого интерьера мы, как минимум, должны выглядеть как герцог и герцогиня, пить чай, читать утреннюю газету и обсуждать политику. Но мы сидим, забросив ноги на вычурные кресло-стульях в самой обычной спортивной одежде, рассказываем друг другу неприличные анекдоты и нелепые истории из жизни, много смеемся и кидаемся друг в друга едой.
– Боже мой, ты был просто неуправляемым подростком – я захожусь от смеха, из-за очередной истории, где Картер, решил проучить одноклассника и обмазал клеем его хоккейную экипировку, из-за чего бедняга не мог от нее избавиться целый день.
– Это было тупое бунтарство, я делал это потому что не было никого, кто бы меня услышал. Отец создавал из меня машину, которая должна забивать и зарабатывать. И я, наверное, таким образом хотел показать ему, что я не только его робот, но и сын, живой человек. Однако в старших классах это прекратилось.
– Устал доказывать?
– Эм… да, появились другие интересы.
– Девочки?
– Девушка…
Картер поправил меня и затих, будто это какая-то запретная зона.
– Первая любовь?
– Видимо – он встает из-за стола и начинает убирать контейнеры от еды в крафтовый пакет.
– Это была Дайана?
– Нет, Элли, это не интересная тема.