– Ладно!
– Это значит вы согласны на лечение?
– Да, я согласен, когда я смогу поговорить с психологом?
– В ближайшее время.
Доктор Менденс еще раз проверяет оборудование, прочность проводов, закрепленных на мне и делает финальные пометки в планшете.
– Поправляйтесь, Картер, зайду к вам позже.
– Спасибо – отвечаю искренне, она не так уж плоха, как я ее называл в сердцах, она хочет помочь, и я позволю ей это сделать.
***
Погружаю ноги в горячий песок и это, скажу я вам, очень приятно! Почему я раньше так не делал? Может быть потому что никогда не придавал такого значения отпуску? Для меня хоккей всегда был и работой, и хобби, а лед место, где я испытываю все самые яркие и необходимые эмоции: радость, гнев, любовь, возбуждение. Но с появлением Элли, все изменилось, мне недостаточно только хоккея, мало адреналина от игры. Смешно, но я наконец-то понял, зачем мне столько денег. Теперь я хочу ходить по ресторанам, ездить в путешествия, дарить дорогие подарки и валяться вот так, на пляже, наблюдать за любимой женщиной.
Я начал понимать Слоуна, который из кожи вон лезет, чтобы выбить себе хотя бы двухдневный отпуск во время сезона, который он всегда проводит вместе с женой и детьми.
– Папа! – счастливая Тея врезается в меня своим маленьким телом и обхватывает ручками – Пошли купаться! Я хочу сделать звездочку!
Она смотрит на меня голубыми глазами и шмыгает своим веснушечным носиком. Ее пшеничные волосы развивает теплый морской ветер, запутывая их еще больше в немыслимые колтуны. Почему она не похожа на Элли? Разве это не наша дочь?
Элли? Где Элли? Мы ведь так и не поговорили!
Черт! Я построил семью без нее? Кто мать моей дочери? Ничего не помню!
– Элли! – я начинаю кричать на весь пляж, но в миг оказываюсь совершенно один на нем. Паника накрывает меня и сердце начинает дико колотиться. Что происходит? Почему так больно?
– Картер?
– Элли? – я вижу улыбающуюся Чемпионку в белой рубашке, доходящей ей до колен – Почему… Почему ты мокрая?
Рубашка Элли стала на тон темнее и облепливает все ее тело, так как насквозь пропиталась водой.
– Мы же на пляже, милый! – смеется она – Я плавала!
И правда, на пляже, она плавала. Тянусь к ней, потому что боюсь что она снова исчезнет.
– Иди ко мне, я так соску…
***
– Еще раз! Дефибриллятор!
– Швы могут разойтись!
– Если мы сердце не заведем, они ему не понадобиться!
– Стойте! Есть сердцебиение!
Истерика закончилась, на смену ей пришел истеричной смех и саркастичные комментарии доктора Манденс.
– Отлично, господа, кажется у нас все еще есть работа. Спасибо, Картер, что не умерли, как никак, вам еще Бостон уделать нужно!
Я не могу открыть глаз и прокомментировать ее спич, более того, я уверен, что не вспомню всего что сейчас происходит. Но пока все происходящее еще задерживается у меня в голове, я мысленно боготворю доктора Менденс, она уже второй раз вытаскивает меня с того света. Поэтому напомните мне навалять Мэтту, если он вдруг обидит ее.
Мы скоро встретимся, Чемпионка!
Титаник
Ксения.
Звонят. Снова звонят.
Я с трудом разлепляю глаза и скатываюсь с кровати.
– Кого принесло в такую рань! – бубню и передвигаюсь на ощупь по стенам.
Все тело болит, в глаза будто кислоту влили. Спотыкаюсь о сумку Элли и еще раз проклинаю свою никчемную старшую сестру, оставившую меня совершенно одну. По квартире вновь разлается противный писк дверного звонка, и я готова засунуть эту кнопку в задницу тому, кто на нее сейчас жмет. Голова просто раскалывается!
Не взглянув на себя в зеркало, ни натянув предварительно какой-то халат, я открываю дверь, ожидая увидеть кого угодно, но не…
– Hi-i…
– Чего? – я тру глаза, чтобы сфокусировать взгляд на гостей у меня на пороге.
– Oh-h, are you… Sorry… – парень теряется, но быстро собирается и выдает более понятное предложение на английском – I'm Carter! I came to see Ellie.
– Элли? – не то, чтобы я ожидала, что этот Кен с рекламного борда Адидас пришел ко мне, но приход кого-то в такую рань к Элли тоже настораживает.
– Yeah…
– Мою сестру?
– Your sister? – парень расплывается в улыбке и выстреливает в меня указательным пальцем, будто я попала в самое яблочко – Yes, that's right! Are you Ksyu-u?
Он знает, как меня зовут?