– Хочу тебя, малыш…
И я снова отдаюсь ему без остатка, позволяя брать меня нежно и грубо, трахать и заниматься любовью, шлепать, гладить, кусать. Позволяю ему поставить на четвереньки и заставить меня кончить от кипящей похоти и грязных слов, а затем «отомстить», сев на него в позу наездницы. Правда и в таком положении я не чувствую себя главной. Картер сжимает мои бедра, напрягает все шесть кубиков пресса, вколачивает в меня свою каменную эрекцию и стонет от накатывавшего удовольствия так, что я бы кончила просто от наблюдения за ним. Не говоря уже о непосредственном участии в этой откровенной сцене.
– Я хочу слы…шать тебя, Чемпионка…– сорвавшимся хрипом произносит Картер
– Любишь громких?
– Люблю тебя!
Не задумываясь выпаливает он и это дает нужны эффект, я как по команде краснею, наполняюсь кипящей жидкостью, которая вот-вот разорвет меня изнутри.
– Не представляешь, как я скучал… – добивает меня своими откровениями. Нет ничего более волнующего, чем сильный мужчина, уязвленный желанием и слабостью перед тобой, признающийся в любви во время секса и так просто отдающий свое сердце тебе в руки.
Взрываюсь. Не знаю, что стало спусковым механизмом: его сексуальные муки, выступающие вены на руках, беспощадно сжимающие мою плоть, закрытые глаза или бархатный низкий голос со сбившемся дыханием, который умоляет меня закончить его сладкую «пытку» и кончить первой.
Я выкрикиваю его имя, так как он любит, пальцы самопроизвольно сжимаются в кулаки на его груди царапая ногтями гладкую молочно-шоколадную кожу не его груди, я извиваюсь, катаюсь на волнах экстаза с запрокинутой головой. Не вижу, но чувствую, как Картер привстает и обхватывает меня за горло, заставляя еще глубже протолкнуть его пульсирующий член.
– Еще раз! – приказывает мне, звереет от удовольствия и это моя любимая часть в сексе с ним – Как же это охрененно с тобой! Каждый, б*ять, раз!
Он остервенело насаживает меня, удерживая за горло, слегка придушивает. Обожаю, когда ему срывает крышу! Его оргазм выражающийся в смене настроения продляет мое удовольствие. Трение и глубина проникновения увеличивается, и я снова теряюсь в звездах, мерцающих перед глазами. Еще волна, стоны, хрипы, он шлёпает меня по заднице, я безжалостно впиваюсь в него когтями, мы вопим от удовольствия как раненые звери, кусаем, облизываем, вдавливаем тела друг в друга, цепляемся за этот момент, опасаясь больше никогда не почувствовать подобного.
Спустя пару минут наш экстаз наконец-то стихает, Картер осторожно выпускает мою шею, и я валюсь на его грудь как безвольная кукла. Жадно хватаю воздух ртом упиваясь запахом его тела.
– На сколько ты приехал? – мычу в его кожу.
– А на сколько ты хочешь? – легкая вибрация от его смеха отдается под моей щекой.
– Хочу навсегда, не представляю, как отпущу тебя – тихо признаюсь, боясь взглянуть на него, никогда не чувствовала себя настолько уязвимой.
– Так, не отпускай – вторит мне и бережно обвивает руками мою талию – Я сорвался к тебе, как только меня выписали, пообещав доку наблюдаться у врачей, а тренеру – вернуться к благотворительной игре с Монреалем. Поэтому … – Картер приподнимается и меняет нас местами, теперь я прижата его тяжелым спортивным телом. – Как там говорит ваш русский Винни Пух? Do piatnici ya sovershenno svoboden? – исковеркав каждое слово он кое-как произносит фразу на русском, поражая меня своей памятью.
– Это говорит Pyatochok – поправляю его – Не могу поверить, что ты запомнил!
– Я все помню… – он накручивает прядь моих волос и проникновенно изучает меня своими смольно-черными глазами – Помню каким был наш первый поцелуй и как мне нравился твой высокий хвост, помню, в чем ты была одета, когда Джон нас представил, и почему назвал тебя Ведьмой, ведь ты так быстро перевоплотиться с милой фанатки в роскошную дьяволицу.
– Дьяволицу?
– Да, красивая, дерзкая и в красном – Картер усмехается – Ты меня сразила тогда, выбила почву из-под ног.
– Если так? Почему вел себя как мудак? – я легонько бью его кулачками в грудь.
– Не хотел признавать, что ты мне нравишься.
Между нами подвисает пауза, каждый из нас обдумывает в какую сторону повернуть разговор, ведь дальше мы можем вспомнить причину нашей ненависти друг к другу, непременно всплывет тема Антона, которая не раз нас ссорила. Надо нам сесть и поговорить обо всем, я должна объяснить ему, что я защищаю его не потому что чувствую что-то, а потому что знаю Соколова и не верю в обвинения о изнасиловании. Черт, как же все сложно! Почему мой бывший до сих пор стоит между нами?