– Картер – она обнимает мое лицо ладонями и с нежностью в глазах произносит – Мы не расстаемся… мы что-нибудь придумаем, но не прямо сейчас, да? Дай мне время во всем разобраться. – она накрывает мои губы своими, чтобы подтвердить искренность своих слов – Я хочу тебя в своей жизни, а когда я чего-то хочу, то меня мало что может остановить…
Порыв был не зря. Мы были не зря. Все эти переживания, метания и выяснения наших чувств… Ничего! Ничего было не зря.
– Molodoj chelovek, vas samolet zhdat' ne budet!
– Что она сказала? – спрашиваю я Элли улыбаясь как придурок.
– Что, если ты сейчас же не вернешься, то самолет улетит без тебя! – хихикает Чемпионка, делая шаг назад, чтобы облегчить мне задачу оставить ее.
– Я…
– Я люблю тебя, Картер – она перебивает и посылает мне воздушный поцелуй.
Делаю вид, что ловлю его рукой, прижимаю к сердцу и подмигиваю моей девушке. Моей пока еще девушке.
– Molodoj chelovek!
– Все-все, иду! – поднимаю я руки в капитуляции и бегу на рейс, проносясь мимо встревоженного работника аэропорта как нашкодивший мальчишка мимо воспитательницы детского сада. Я пролетаю оставшиеся инстанции, забегаю в самолет и не успев оглядеться по сторонам сразу пишу сообщение Чемпионке.
«Уже скучаю»
Элли тут же отвечает:
«Люблю тебя»
«Я больше!»
Отправляю и с идиотской улыбкой откидываю голову на спинку кресла, закрываю глаза.
Выдыхай! Ты сделал все что мог!
– Я же говорил, что поможет – знакомый голос вырывает меня из размышлений.
– Роман?
– Картер? – он передразнивает меня, а затем снова протягивает руку, – Я вижу все прошло удачно?
На этот раз я принимаю его руку с большим энтузиазмом и даже с благодарностью.
– Откуда ты знал, что мне это было нужно?
– Потому что все мы ведем себя как придурки, когда дело касается женщин. – Роман подмигивает мне и отворачивается, чтобы написать сообщение некой Кристине.
– Куда летишь?
– В США – кивает он и поясняет – Пересадка в Абу-Даби.
– Тогда у нас есть всего несколько часов, чтобы распить какой-нибудь неприлично дорогой алкоголь и понять, как женщинам удается вить из нас веревки.
– Думаю одной бутылки для этого будет мало – смеется Роман и поднимает руку, чтобы позвать стюардессу.
Совершенно точно будет мало.
Герой ромкомов
Картер.
Адамс, отличная работа! – тренер хлопает меня по спине, как только я выхожу из арены.
Мы разгромили Монреалю со счетом 3:0, и знаете кому принадлежат все три отправленные шайбы в их ворота?
– Это же был чертов хет-трик! Давно не видел тебя в настроении надирать задницы! – добавляет тренер, смеясь.
– Спасибо – киваю и снимаю шлем – А я давно так не веселился!
– Наконец-то вижу прежний огонь, сметающий всех на своем пути, а то уже грешным делом подумал, что тебя пора списывать.
– Поездка в Россию пошла ему на пользу, – встревает Мэтт, наваливаясь на меня всем своим телом – Тренер, может нам всей командой туда смотаться, а?
– Купер, тебе уже ничего не поможет! Что это за выброс был?
Мэтт соскальзывает с моих плеч и начинает пятится назад, оправдываясь, в то время как Каллахан полностью переключает свое внимание на него, отчитывая за промахи в игре.
– В Россию, говоришь? – хитро комментирует Слоун, сокращая расстояние между нами – Не к той ли самой русской ты мотался, которую звал, находясь при смерти?
– Питер, не лезь не в свое дело. – спокойно отвечаю я другу, хотя больше ради того, чтобы сохранить джентельменский статус, чем пресечь его любопытство.
– Я просто хочу знать, – уверяет Слоун – У тебя там все серьезно или это просто классное увлечение, которое дает тебе такой заряд энергии?
– Все серьезно – киваю и улыбка сама собой прорезается на моих губах. – Слоун, кажется, я влип по самые яйца.
– Ха-ха! – друг разражается одобрительным смехом – Так, это же здорово, Кэп! – он хлопает меня по плечу – Рад, что у тебя наконец-то появился кто-то особенный по ту сторону арены.
Слоун и Купер знали мои отношения с отцом, а еще знали, что помимо его и иногда мамы на мои игры больше никто из близких не приходит болеть. Мое имя скандирует миллионы людей, но при этом я всегда чувствую себя чудовищно одиноким. Поправка, чувствовал раньше, сейчас у меня полное ощущение, что я наконец-то обрел полноценную семью.
– Адамс, что с тобой сделали эти дикие русские? Это все купания в прорубе в Сибири в минус тридцать? – ржет Стивенс, услышав о моей недавней поездке.
– Я наверно тебя удивлю, но в июле в Сибири тепло, как и во всей России.