Мое прекрасное проклятье
Картер.
Как можно настолько раздражать и одновременно завораживать? Сегодня она неприступная стерва, которую мне хочется задушить собственными руками, а завтра, нежная и такая юная фигуристка, с легкостью поднимающее свое тело в воздух и рисуя картины на моем льду.
Я полчаса не мог оторвать от нее своих глаз, смотрел и наслаждался, она как наркотик, знаю, что не должен увлекаться, но остановится не могу. Прыжок, растяжка, молниеносное кружение и как они это делают? Я на коньках с 4х лет, но скажи мне сделать что-то подобное, я расшибу себе все конечности вместе со своей дурной головой. Зачем она это делает? Разве фигурное катание не в прошлом? Неужели ей все еще не хватает этого смертельного вида спорта, после того, что он сделал с ней? Или у нее какая-то нехватка адреналина?
Очарованный я тихо подъехал к ней и продолжал жадно смотреть, запоминая каждый изгиб ее тела, принимая на свой счет каждый поворот головы, будто для меня танцевала. Будто моя.
– Что ты здесь делаешь?
Резкий тон тут же вернул меня с небес на землю. Ну, здравствуй, чары развеялись, и Золушка превратилась в тыкву, а точнее в мою ненавистную Ведьму.
«Отлично, Картер, это тебе и нужно было, поставь ее на место и займись делом!» – приговаривает мой внутренний голос, и я покорно подчиняюсь. Да начнется битва!
***
– Отлично! Тогда не мешай мне!
– Свали из моего клуба!
– Это не твой клуб!
– И не твой!
– Ты невыносим!
– А ты…
Красивая.
Я не ожидал, что выпалю это вслух. У меня заканчивались причины, чтобы ненавидеть ее, заканчивались аргументы, почему она неправа. У меня не осталось оскорблений, и я даже не чувствовал той злости, которую она вызывала у меня раньше. Сейчас мне хотелось заткнуть ее рот своим языком и дальше выяснять отношения в горизонтальном положении, в моей постели.
Красивая. Как бы мне не хотелось, чтобы это было неправдой, это, сука, правда.
Я приказываю ей свалить, а про себя молю, чтобы она не послушалась. Кричу в лицо, что мне плевать, а сам из последних сил сдерживаюсь, чтобы не сжать ее в объятьях.
Красивая. Неприступная. Не моя.
Мы подвисаем, и я не могу найти оправданий своим словам, поэтому просто молчу. Молчу и горю в своем личном аду. Хочу ее поцеловать, дико, страстно, так чтобы воздуха не хватало, чтобы голова отключалась, а сердце выпрыгивало. Но я просто и смотрю на нее, сжимая до белых костяшек кулаки, держу своих демонов на цепи, потому что однажды уже поддался ее колдовству. Теперь только с ее подачи, пусти делает ход первая.
Элли отмирает и, будто, не заметив моего неуместного комплимента, предлагает – мировую? Просто разойтись по разным углам этого ледяного ринга и заняться своими делами? Она серьезно думает, что мы сможем сосредоточиться на своих делах, зная о нахождении друг друга в паре метров?
Я заторможено киваю, потому что мой мозг отчаянно не хочет признавать происходящее. Она не делает шаг навстречу, отъезжает спиной, а я с каждым сантиметром хочу сорваться, схватить ее, впечатать в лед и заставить признаться, что ей не в е равно! Я же вижу, как на нее действую, слышу это сбивчивое дыхание, улавливаю плохо скрываемое желание, ощущаю от нее такое же дикое влечение, которое испытываю сам.
Метр, два, три… разворот.
Она демонстрирует мне свой стальной характер, игриво покачивая своей идеальной попкой. Ведьма! Как же хочется тебя наказать за это безразличие, за эту сводящую с ума дерзость.
Я рассыпаю шайбы и со всей дури начинаю лупить по воротам. Я не отрабатываю броски, просто выпускаю пар, яростно отправляя куски резины в беззащитные ворота. Одна, вторая, третья, я не могу сосредоточится, когда в каких-то десяти метрах от меня беззаботно кружится этот комок соблазна.
– Дьявол в трико, б*ять. – бубню себе под нос подкидывая очередную шайбу в воздух. – Указывать мне бу…
– Почему ты постоянно играешь на правый фланг?
Внезапный вопрос в спину останавливает мою клюшку в воздухе. Сколько она тут стоит? И почему я не слышал, как она подъехала? Я начинаю боятся ее.
– Что за дебильный вопрос? Я играю на того игрока, который в более выгодном положении! – огрызаюсь ей и отворачиваюсь, чтобы продолжить свою бесполезную тренировку.
– Если бы это было так, то вы бы не проиграли Монреалю, ты отлично бросаешь с неудобной руки и наверняка тренер в восторге, что ты можешь так мастерски это делать, но не кроется ли в этом физиологическая причина?
Я в секунду завожусь. Она не может знать и, тем более, не может быть настолько наблюдательна. Скорее всего просто берет на понт, зная о всем известной травме с запястьем.