– А если не пройдет?
– Пройдет – я отмахиваюсь от подруги – Все проходит.
Мэган принимает мои аргументы, и удовлетворенная покидает номер.
Я сажусь на кровать и начинаю просматривать фотографии на телефоне, стыдно признаться, но я тайно снимала Картера. В основном это получалось сделать во время игр, где он полностью погружен в игру, и я могу незаметно ловить его эмоции. Однако, бывали моменты, когда мне удавалось словить его в диалоге с самим собой. Я смотрю на фото, которую сделала, когда мы не смогли поделить арену. Сняла как он яростно избивал ворота шайбами, мне показался он таким сексуальным в этом своем внутреннем поединке. Интересно, о чем он тогда думал? А вот он уставший сидит на диване у ресепшена и ждет какие-то документы от помощницы Джона. Измотанный, после двухчасовой тренировки, Картер развалился на мягком бархате, руки раскинуты по спинке, голова запрокинута вверх, глаза закрыты. Тогда я впервые заметила насколько он милый, у Кратер не агрессивная красота, в чертах есть какая-то мягкость, мимические морщинки выдают его жизнерадостность, а глаза… Небеса, какие у него гипнотические глаза. В них плескается такое количество эмоций, каждый раз, когда я во все оружие была готова ответить ему дерзостью, терялась, рисковала утонуть в них навсегда, без возможности выплыть или сохранить хоть какую-то гордость. С таким мужчиной хочется не только ложиться в постель, но и просыпаться. Безумно хочется почувствовать его заботу, нежность, узнать какой он не с теми, кого снял на ночь, а с той, с кем хочет провести всю жизнь.
Я пролистываю дальше и нахожу его фото в баре, когда мы впервые встретились. Этот кадр я сделала просто для архива, на него так удачно упал свет, подсвечивая его грустный мужественный профиль. Он склонился над бокалом, смотрел на него с такой вселенской печалью, в то время как вокруг творилось беспредельное веселье – поэтичный контраст настроений. Боль среди холодной радости. Барные софиты осветили эмблему клуба у него на куртке, а выбившаяся прядь, упавшая легким завитком на лоб, как бы сообщала «этот парень так устал, ты видишь его в баре, но на самом деле он хочет быть совершенно в другом месте». Это картина достойна, чтобы ее воплотили на холсте красками, столько глубины и скрытого смысла. В тот момент впервые захотелось стать кем-то больше, чем девушкой из бара, разделить его боль, обнять, увести в тихое место и до утра утешать и утешаться самой в его сильных руках, плескаться в красоте его непреступных, адски красивых глаз.
– Так будет лучше для нас обоих – шепчу и роняю одинокую слезу.
Кликаю на кнопку «купить» и билет в один конец моментально приходит мне на почту.
И вот, между нами снова океан. Я падаю на кровать и начинаю тихо напевать:
И нам не нужен… кислоро-о-д…Хочу тебе оставить свой след Но всё равно его смоет волной. Мы выдыхаем и вперё-ё-д
Пятый
Картер.
Второй день она не отвечает. Второй, мать его, день испытывает мое гребанное терпение! Доберусь и накажу эту маленькую аппетитную задницу за все свои мучения. Ведьма, снова решила поиграть? Убедилась, что я не при смерти, и снова включила заморозку своего сердца. Снежная королева. Но я сломаю этот лед, если надо, буду грызть зубами его, но заставлю признать ее, что наша тяга взаимна и никуда ей от меня не деться.
Я снова просматриваю свой телефон в надежде увидеть от нее хотя бы эмодзи в виде среднего пальца, мне бы хватило.
– Черт! – швыряю телефон себе в ноги и закидываю подушку на лицо, чтобы медсестры не услышали, как я ругаюсь отборным матом.
А если она уже улетела?
Я резко снова хватаю телефон и начинаю набирать Джону, они с Элли подруги, он точно должен знать о ее планах.
– Картер, привет, ты как себя чувствуешь? Что-то слу…
– Привет! Где сейчас Элли?
– Э-э… Элли сейчас… насколько я знаю она уже улетела…
– Что?
– Картер, спокойно, ничего страшного не случилось – успокаивает меня он, зная, что мне нельзя после операции нервничать и в особенности делать резких движений. А я очень хочу сделать резкое движение, сорваться, припечатать его к стене, наорать и спросить какого хрена он позволил ей улететь!
– Ты врешь! – выкрикиваю я – Она … она не могла! – я чувствую, как начинаю задыхаться – Мы ведь..
– Картер, пожалуйста, успокойся. – Уилсон остается спокойным, но обеспокоенным.
– Я еду к тебе! – выпаливаю.
– Ты в больнице, восстановись, потом будешь решать все свои любовные вопросы. Кратер, ты ключевой игрок, капитан, я не могу позволить…