– Ты чертовски красива – шепчет Картер продолжая рассматривать меня.
Его взгляд, как раскаленная лава мучительно больно растекается по мне, медленно доходя до самой ноющей точки моего тела, прикрытой прозрачными трусиками. Картер нежно касается костяшками пальцев ямочки между ключицами и ведет вниз, разделяя мое тело на две части жгучей линией, пока не доходит до шелковой ткани. Поддевает и издевательски долго стягивает ее с меня.
Картер зависает, вижу, как в глазах рождается неуправляемая волна страсти, самой грязной похоти, которая вот-вот обрушиться на меня. Картер кладет свою ладонь на внутреннюю часть моего бедра и, не прерывая зрительного контакта, ведет к пульсирующей точке. С каждым миллиметром продвижения его ладони в комнате остается все меньше кислорода, а мои внутренности натягиваются как струны, которые вот-вот порвутся. Я выгибаюсь из-за невыносимого удовольствия, такой прелюдии у меня давно не было, если не сказать – никогда.
– Картер, прошло всего… всего… – я не выдерживаю его взгляда, закрываю глаза и запрокидываю голову. Буквально насаживаюсь на его пальцы, трусь как кошка, сходящая с ума от вожделения.
– Ты после операции… – удается вдавить у меня между стонами.
– Я ничего и не делаю – усмехается этот самодовольный засранец. – Мне достаточно видеть, как красиво кончаешь ты. – он обхватывает меня между ног, усиливая давление все ладонью, протолкнув внутрь средний и безымянный палец.
– Небеса! Это слишком хорошо! – я сжимаю выглаженные отельные простыни, образовывая вокруг себя лучи из шелковых складок.
– Что это значит? – я чувствую, как он склонился и задал вопрос касаясь губами места между моих грудей.
– Что значит?
– Ne-be-sa? Это какой-то русский мат?
– А-а… – стону, потому что любое его движение запускает приятную волну по моему телу, обещающую неизбежный оргазм. – Это означает sky {небеса}.
– Очень красиво – он кусает меня за мочку уха – Но лучше, если ты будешь кричать мое имя – с этими словами он находит заветную точку и чередует надавливания с мелкой вибрацией. Второй рукой находит мою кисть, переплетает наши пальцы в замок над головой и грубо целует, заявляя права раз и навсегда на мое тело и сердце, которое уже давно в его власти.
– Картер! – распахивая глаза от резкой приятной боли парализующей мышцы.
– Да, Чемпионка, громче – прожигает он мою кожу невыносимо сексуальным шепотом – Еще, я хочу знать, что ты моя.
– Боже мой! – я стукаюсь головой о кровать – Прекрати это! – бьюсь в конвульсиях, прошу обо одном, но хочу ровно противоположного.
– Ни за что, – я чувствую легкую победную улыбку на его губах, – Еще раз, Элли!
Он снова делает свой трюк, и я взрываюсь, выпускаю из себя накаленное удовольствие, резко обхватываю его лицо руками, высвободившись из мёртвого захвата, и с бешенным аппетитом возвращаю ему поцелуи, чередуя их с пьяными признаниями.
– Твоя… только твоя… Картер! Я… Ты… Боже мой, я хочу тебя всего!
– Твой! – рявкает он, забирая все, что я ему даю – Твой, Элли, слышишь? Хочу быть твоим, всего, б*ять, забери!
– Беру – усмехаюсь, раскачиваюсь на волнах оргазма и ослабеваю хватку, перевожу страстные поцелуи в нежные, но не менее чувственные.
Безумие, это слишком хорошо, слишком…
Будто завтра не наступит
Картер.
Дыхание Элли восстанавливается, и я решаю дать нам минутку прийти в себя. Кажется, я даже не сказал ей «привет», набросился на нее как голодный волк. Насытился ли я? – Нет! Мне ее охренеть как мало, хочу больше, дольше, глубже. Хочу во всех позах, хочу спящую, просто спать с ней хочу, просто дышать ею, чувствовать рядом. Мне больше ничего не надо. Я откидываюсь на спину и глубоко дышу, будто сам только что кончал, мой рот расплывается в самой широкой улыбке на которую только способен, и я никак не могу это контролировать. Так чувствуется счастье? Или это ваша хваленая любовь? Если да, то я не любил раньше, никогда ничего подобного не ощущал.
Элли поворачивается на бок, чтобы видеть меня, поджимает коленки и тихо спрашивает.
– Ты сбежал из больницы?
– Меня выписали – улыбаясь потолку, отвечаю ей.
– Сбежал, чтобы трахнуть меня? – уточняет она, без злости. Видимо проверят, насколько серьезно то, что между нами происходит, специально занижая градус взаимной химии.
– Где ваши манеры, Мисс? – я закидываю руку под голову и поворачиваюсь к ней. – Я сбежал, чтобы заняться с тобой любовью.