Опять шум.
01.30. Все те же, плюс ещё два человека, очевидно наши соседи, которых до этого не было.
Разговаривают шёпотом, но достаточно громко. Из разговора, становится ясно, что те двое соседей, тоже с завода и они принесли с собой закуску. Копчёную рыбу. Развернули и распугали всех мух. Рыба, наверное, пролежала на жаре несколько дней. Полный трэш, дышать в такую духоту совершенно нечем.
Я конкретно обращаюсь к Ашоту и прошу, чтобы они покинули помещение как можно быстрее. Они обиженно выходят.
02.00. Меня будит Ашот.
Говорит мне шопотом, что мол они договорились с женской комнатой, что будут там сидеть.
Я отвечаю, на здоровье. Только дайте поспать.
Он говорит, это не всё. В женской комнате, несколько особей женского пола, тоже хотят спать. И не хотят принимать участие в сабантуе. Поэтому они решили, четверых женщин разместить в нашем мужском кубрике. В нашем кубрике!
Я ему, Ашот ты охренел? Как мы будем все спать мужчины и женщины?
Он мне, прости брат, по-другому никак не получается. Они тихонечко лягут, им с утра на работу. Спать им надо. Понимаешь?
Понимаю, если не соглашусь на это – то эта гоп компания будет колобродить всю ночь. Не высплюсь сам.
Что меня удивило. Зашли эти бедные женщины, также неопределённого возраста, и не меняя белья расположились на койках моих соседей. Очевидно здесь, это нормальная практика.
Меня это мало волновало. Дико хотелось спать. Уснул.
03.40. Опять возня. Просыпаюсь, вижу уже сильно пьяного Ашота. Он дико извиняется, пришёл за туалетной бумагой. Его дамы хотят в туалет, а подтереться им нечем. Очевидно Ашот в этом хостеле, бумажный магнат.
Я прошу скорей забирать туалетную бумагу и проваливать. Мои соседки по несчастью цыкают на него и прогоняют.
04.50. Опять шевеление и свет. Ашота нет. Проснулись мои соседки и собираются на работу. Они опаздывают на маршрутку, поэтому собираются споро и шумно. Ушли. Засыпаю.
06.30. Кто-то меня будит. Я ошалело открываю глаза. Передо мной стоит какой-то мужик и суёт мне под нос рыбу в газете. Спрашивает, это не ваше? В коридоре лежит, уже весь хостел провонял.
Посылаю, его куда подальше. И прошу выкинуть эту рыбу. Он говорит, раз она твоя – сам и выкидывай. Вот сука. Схватил газету с остатками рыбы и побежал на улицу. Мусорки нет. Бросил под забор. Пошёл мыть руки. Не отмываются зараза. Пахну, как скумбрия…
Опять ложусь спать. Напарник дрыхнет как убитый. Вот сон у человека. Завидую ему белой завистью. Нервно засыпаю.
07.20. Опять кто-то меня будит. На меня смотрит другой мужик, который спал под забором, когда мы заселялись.
Держит меня за руку:
– Вы наши новые соседи, очень приятно. Очень рад. Меня зовут дядя Миша. Я таксист.
Очумело смотрю на него. Он продолжает свой монолог:
– Представляете, я спал там, показывает в сторону забора, а какая-то сволочь мне под нос положила тухлую рыбу. Что за народ? Сволочи одни кругом.
Соглашаюсь, и говорю, давайте дядя Миша спать уже.
Он мне, какой спать сынок, ты очумел? Мне на смену пора, заказов много. На вокзал еду, народ развозить…
Ушёл. Засыпаю.
08.00. Слышен шум в коридоре. Вся гоп компания расходится. Женщины с рыбзавода смеясь и топая как слоны, идут на работу, мужики же идут спать в наш кубрик. Опять возня. Всё легли.
Закрываю глаза. Пытаюсь уснуть. Не получится. Из дальнего угла, очевидно Ашот, начал дико храпеть как раненый вепрь.
О, Господи – дай же мне наконец-то бируши. Спошли мне их с небес.
Встаю. Выхожу на улицу. Закуриваю.
Администратор любезно интересуется, как спалось?
Курю и рассказываю ему о ночных похождения, он ахает и говорит, что одна из женщин, его тётя, которая топлес – именинницей вчера была, и так как она проживает постоянно, то ввиду исключения, он ей позволил аккуратно распить бутылку шампанского с подругой.
Бросаю сигарету, понимаю, что правды здесь не добиться, так как все кругом друг другу родственники, кумовья и братья. Живут одной большой семьёй.
Иду в кубрик. Пытаюсь разбудить Ашота. Он во сне машет руками и продолжает храпеть. Наконец-то разбудил. Ашот смотрит на меня долгим и глупым взглядом.
Говорю ему, Ашот – брат, дай туалетной бумаги, в сортир приспичило – сил нет. Ашот, движениями, доведёнными до автоматизма, достаёт откуда-то рулон и говорит: – Бери целый рулон, брат.
Вторую такую ночь, я бы уже не выдержал…
Так как деньги не возвращались по условиям договора, но я особо и не рассчитывал на это, то следующую ночь я провёл в кабине нашего грузовика. Наконец-то выспался.
Напарник же мой, отлично спал две ночи подряд в хостеле, о чем рапортовал мне, когда мы ехали уже в сторону дома. Искренне удивлялся моим ночным треволнениям. Счастливый человек он. Завидую ему.