И конечно же, Каа прекрасно знал, что беспечная молодость иногда сворачивает горы там, где пасуют мудрость и опыт…
…Едва бетонный бункер Каа скрылся из виду, Джерри выдохнул:
— Я иногда просто ненавижу этого змея! Мало того, что он говорит загадками, так еще смотрит на меня как на свой обед.
Скуталу, пнув копытом проржавевшую насквозь древнюю консервную банку, заметила:
— Вообще-то змеи и вправду едят мышей.
— Заткнись, Скут!
Но в голосе рыжей пегасенки только прибавилось ехидных ноток:
— Да, отстойно быть в самом низу пищевой цепи…
— Мы, кажется, договаривались не поднимать эту тему?!
Лире вдруг стало смешно.
— Только лучшие друзья могут так друг друга подначивать! — весело заметила она.
— Да вы что, сговорились сегодня все?! — вспылил мыш, дернув сиреневую прядь нечесаной гривы.
По голосу Скуталу было ясно, что она тоже еле сдерживает смех:
— Мне сдается, кто-то надулся… как мышь на крупу!
— Ну все, хватит! — возмутился Джерри и демонстративно уселся на спине пегасенки, скрестив руки на груди, — Обед будешь готовить сама!
— Меткоискатели-кулинары, йей! — вставила Лира.
Скуталу же, старательно сделав грустную мордочку с умоляющим взглядом, повернулась к мышу и произнесла скорбным голосом:
— Это удар ниже пояса, лапа…
Мыш посмотрел на враз повлажневшие глаза маленькой пони и вздохнул:
— Ладно-ладно. Не могу сердиться, когда ты так смотришь своими глазищами. Но это последний раз, так и знай!
— Он это говорил уже четырежды, — поведала Скуталу Лире заговорщицким шепотом.
— Я все слышал! — отозвался мыш, потом добавил, ни к кому в отдельности не обращаясь: — Детский сад… понячий.
Смех пони разнесся над свалкой, спугнув стайку каких-то совсем мелких существ. Лира почувствовала, как от теплого чувства веселья отступает страх и гложущий голод. И даже холодный ветер…
Очередной порыв заставил единорожку поежиться. Нет, все же одним смехом, пожалуй, не согреться…
Джерри вдруг спрыгнул со спины Скуталу и сказал:
— Идите вперед, девочки. И продолжайте болтать.
С этими словами он шмыгнул за кучи мусора прежде, чем пони успели задать хоть один вопрос.
— Пошли, — позвала Лира, — только ты иди первая, а то я дорогу плохо запомнила.
Спрятавшись за одной из многочисленных куч окаменевшего мусора, Джерри подобрал ржавый железный штырь, на пробу подкинув его в руке.
За ними кто-то шел. Уже довольно давно.
И если в городе ему удавалось оставаться незамеченным, то здесь…
«Здесь — моя стихия, — подумал Джерри, высматривая крадущуюся по шлаковой гряде фигурку примерно своего роста, — Попался!»
Джерри готов был поклясться, что соглядатай ничего не замечал до последнего момента.
Но среагировал тот мгновенно. Стройная фигурка пригнулась, пропуская бросившегося из засады мыша, да еще придала тому ускорения резко взметнувшейся ногой.
Джерри, чувствительно приложившись о старый кирпич, мгновенно подобрался и снова атаковал, замахиваясь импровизированным оружием.
Стройная фигурка шпиона, облачённая в черный комбинезон, вновь увернулась. Джерри разглядел, что из шлема с универсальными визорами торчат круглые уши, а сзади — тонкий хвост.
Мышь-синтет. Неясно, правда, какая именно, но сейчас это не имело значения.
Железный штырь снова свистнул в воздухе, но соглядатай раз за разом уклонялся. Наконец, он отпрыгнул в сторону и вскинул руки. Раздался щелчок, и резко обернувшийся мыш увидел смотрящий на него ребристый ствол бластера. Миниатюрного, как раз по руке.
Но почти невидимый при дневном свете луч не оборвал жизнь мыша, а только разрезал его оружие.
Тот с ругательством выпустил мгновенно раскалившуюся железку.
— Джерри? — вдруг спросил мягкий голос, приглушенный шлемом.
Мыш открыл было рот для гневной отповеди, но осекся.
Шпион поднял свободную руку и что-то нажал под подбородком. Шлем со щелчком раскрылся и полетел на землю, высвобождая каскад почти что человеческих волос, спадающих до лопаток.
Вглядевшись в открывшуюся картину, Джерри мысленно застонал.
— Я с самого начала подозревал, что за нами кто-то идет, — сказал он, — но даже предположить не мог, что этим кем-то можешь быть ты, Гайка.
Мышка, бывшая героем мультсериала и кумиром сразу нескольких поколений, отбросила от миловидной мордочки непослушную прядь и опустила оружие. Огромные, сразу напомнившие о пони, голубые глаза, уставились на Джерри.