Вик еще раз подивился про себя, как запросто маленькая Эпплджек влилась в компанию неразлучной троицы, но потом подумал, что ничего удивительного в этом нет: модификаций популярных синтетов встречалось множество.
Кто-то, например, предпочитал выращивать пони самостоятельно. И нередко бросал дело на середине.
— Меткоискатели снова вместе, йей! — раздался восторженный возглас.
Виктор заметил, с какой отеческой улыбкой Стивен смотрит на жеребят, и сказал:
— Стив, я все забываю спросить. А как случилось, что ты начал… Ну, присматривать за пони? Я не знаю никого из брони, кто переселился бы за город ради них.
— Это длинная история, — ответил Агилар и мечтательно улыбнулся, — Одна из многих. И к слову, связанная со Сноудроп.
— Похоже, у тебя на каждую пони найдется «длинная история»? — усмехнулся Виктор.
Но Стивен остался серьезен:
— Возможно, это покажется смешным, но да. Буквально за каждой… или каждым… пони, что живут на моем ранчо, стоит целая история. Как правило, драматичная или даже трагическая…
— А какая была у Сноудроп?
— Ты хочешь знать? Что ж…
…Лечение нанитами — очень, очень дорогая вещь. Но при этом — способная вылечить практически все. Это знает любой. И уж конечно, никто не будет оплачивать дорогое лечение для чужих людей. Тем не менее, доброта и человечность иногда давали робкие всходы в сердцах обитателей Шпилей или просто состоятельных граждан, и огонек надежды освещал путь тем, кто отчаянно нуждался в помощи.
Клиника «Подснежник» была одним из заведений, где малолетние обладатели даже самых тяжелых патологий зрения получали редкий шанс начать новую жизнь, не обрекая родителей влезать в долги.
С некоторых пор в клинике появился живой талисман. Подарок одного из спонсоров, крылатая пони-синтет по имени Сноудроп. Слепая от рождения и умная не по годам, она всегда могла поддержать тех, чей дух подкосила болезнь или бесплодное ожидание. Наставить добрым словом и личным примером.
Годами пони жила среди детей, и те души не чаяли в серебристой пегаске, которая зачастую могла помочь куда больше, чем медицинский персонал. Маленькие пациенты считали Сноудроп своей.
Пожар в «Подснежнике» стал чудовищной неожиданностью. Сигнализация сработала, но пока пожарные добрались, огонь охватил все здание. В Белом городе пожаров не бывало по определению: Шпили строились из материалов, которые не горели вообще.
Но здесь, за пределами технологического рая, все было как и раньше, до эпохи нанополимеров. Автоматическая же система пожаротушения почему-то не сработала. Впоследствии, расследование вскроет в этом злой умысел, но тогда всем еще было не до того.
Той зимней ночью в пламени погиб почти весь персонал, больше четверти пациентов и двое пожарных, вытаскивавших в морозную ночь задыхающихся, обожженных детей.
А еще среди спасенных случайно оказалась серебристая пони, что от ужаса по-детски спряталась в одеяло и лежала там, постепенно задыхаясь в дыму. Так бы и стала она пищей для безжалостного пламени, если бы не сильные руки в термостойких перчатках, неожиданно схватившие и вытащившие наружу.
Сноудроп тогда слышала смех и голоса людей:
— А теперь ты должен жениться на своей прекрасной принцессе, и у вас будут очень милые кентавры!..
Голос спасителя тоже сквозь смех посоветовал всем заткнуться, после чего грубые перчатки выпустили пегаску на землю.
Эта ночь осталась в памяти Сноудроп навсегда.
Удушливая гарь от пылающего здания. Шипение пара и рев пламени, гул моторов и насосов, суровые или насмешливые разговоры взрослых мужчин и слабые голоса детей, смолкающие после хлопанья очередных дверей и отдаляющегося завывания сирены.
Сноудроп так и лежала на снегу, завернувшись в тонкое одеяло и закрыв голову передними ногами, пока не услышала, что пожарные собираются уезжать. Больше не было слышно ни вертолетов службы спасения, ни детских голосов. Стих рев пламени, и только капающая вода и запах гари напоминали о недавно бушевавшей стихии.
Пошедший снег начал заносить обгоревшие, остывающие руины.
Сноудроп нашла в себе силы встать и подойти к людям, что загружались в последнюю машину.
— Простите, сэр, — обратилась пони к ним, — но куда мне идти?
— Куда хочешь, — бросил человек.
Раздался хлопок закрывшейся двери. Тяжелая машина, рыкнув мотором, укатилась прочь, оставив пони посреди холодной тьмы, в которую, казалось, канул весь мир.