Джерри же промолчал и только усмехнулся. Он уже давно бросил попытки приучить маленькую пони содержать гриву хотя бы в относительном порядке.
Пони, сняв жакет, улеглась на матрас, подогнув под себя ноги. Присевшая рядом Джейн взялась за дело. Лира вскоре почувствовала, как растрепавшейся за день гривы коснулась расческа.
Прикрыв глаза от удовольствия, Лира старалась не слушать хихиканье и насмешливые фырки Скуталу, грива которой выглядела как взъерошенная швабра. Впрочем, как всегда.
Лира же, вспомнив свой первый день в мире людей, вздохнула. Руки Виктора, с такой трогательной и неуклюжей нежностью моющие гриву. Казалось, целую вечность назад, хотя прошел всего день.
Надо сказать, расчесывание грив и вообще уход за шерстью были теми действиями, что доставляли пони удовольствие, не переходящее грань дозволенного. По крайней мере, для кобылиц.
Лира сама не знала, почему у нее такая симпатия к этой девочке. И вообще, к детям. Она провела параллель с малышами в парке, и на сердце необъяснимо потеплело.
Единорожка подумала, что просто подсознательно пытается найти крохи любви и гармонии в мире людей, и дети казались последней соломинкой.
Если же внимательно вчитаться в техническую документацию поведенческих программ, можно было бы понять, что «Хасбро» просто сделали ставку и на традиционную для шоу аудиторию, и особый скрипт всегда склонял поняш к дружбе с детьми.
Но Лира, разумеется, даже близко не могла предположить чего-то подобного. Да и все равно не поверила бы.
— Спасибо, Джейн, — сказала единорожка, когда девочка закончила и показала поняше зеркало, — Очень красиво. Жаль только до утра все равно растреплется.
— Я расчешу тебя еще раз, — улыбнулась девочка и вдруг чмокнула фыркнувшую от неожиданности пони в носик, — Спокойной ночи.
— Спокойной ночи, — эхом отозвалась та и улеглась на матрас рядом со Скуталу.
Объевшаяся пегасенка уже давно посапывала, так и не сменив позы. Благо, матрас позволял обеим пони улечься без проблем.
Лира улыбнулась, когда Марта погасила свет.
Снаружи раздался громкий звук моторов и волчий вой, но это не напугало маленькую пони.
Все же мир людей, несмотря на его неприглядные стороны, иногда являл чудеса, сравнимые разве что с настоящей магией дружбы.
И эта надежда, горящая в сердце подобно свече в холодной комнате, позволяла думать, что еще не все потеряно. Что добрые люди, такие как Марта Брикман, рано или поздно окажутся в большинстве.
«И такие как Вик, — подумала пони, не желающая представлять своего первого друга в незнакомом мире рабовладельцем и обманщиком, — И ребята из «Маяка». И те дети из парка…»
Под эти мысли Лира закрыла глаза, вслушиваясь в размеренное дыхание Скуталу. Звуки ночного города приглушенно доносились через окно, но пони слишком устала, чтобы те могли помешать ей провалиться в крепкий и спокойный сон без сновидений…
Глава 09
…Виктор вошел в темную квартиру и почувствовал, как в груди разливается тепло привязанности. Бедная Лира, наверное, не дождалась и легла спать, утомившись после целого дня веселья. Что же еще ей делать, как не веселиться?
С другой стороны, Вик слегка волновался и уже решил про себя, что купит поняше коммуникатор. Прямо завтра. И вообще, надо было это сразу сделать.
Что ж, семейный сбор затянулся. Решение деда уйти на покой стало сюрпризом для всех.
Приведя себя в порядок, Вик решил проведать маленькую пони и осторожно заглянул в гостиную. Диван был пуст, и непохоже, чтобы на нем кто-то сегодня лежал. Пройдя по квартире, Виктор не обнаружил Лиру ни в спальне, ни где бы то ни было еще.
«Гулена», — ласково подумал о единорожке парень и сел за кибертерминал.
На ночь «Маяк» закрывался. В клубе оставались только принцесса Селестия, которая никому юридически не принадлежала, и, скорее всего, Серж Трояновский, который частенько ночевал в общем для всех брони доме вместе со своими пони.
На голову опустился обруч нейроинтерфейса, и Вик почувствовал, как мир словно взорвался буйством красок и образов.
Киберпространство вошло в человеческую жизнь вслед за Интернетом, став следующим этапом погружения в виртуальность. Грезы стали реальнее, информация — доступнее.
Но, как водится, когда новизна приелась, люди перестали удивляться компьютерным чудесам.
Отмахнувшись от назойливых баннеров, аватар Вика пролетел над виртуальным Гигаполисом и низринулся в здание киберсайта «Маяка».
В основном чате не было почти никого. Несколько аватаров тихо переговаривались в привате, но Вик привлек всеобщее внимание маркером.