И приставленный в качестве напарника судья тоже наводил на определенные мысли.
— Мэм, — сказал Дик, тоже направляясь к выходу, — мы просто исполняем приказ.
— Я была уверена, что Вы это скажете, детектив. Задайте себе как-нибудь вопрос, что для Вас значат подобные приказы.
Когда за спиной детектива закрылась дверь, дожидающийся напарника судья Рок процедил сквозь зубы:
— Ненавижу этих мамаш с их инстинктами, — он поднял руку, на которой прерывисто пиликал включенный коммуникатор, — Сигнал рассеялся. Они снова нырнули под землю.
Дик кивнул и направился к выходу. Машина стояла во дворе, и детектив надеялся, что колеса еще не успели отвинтить. Впрочем, попытка означала бы еще один обугленный разрядником труп, и существовала вероятность, что здешние обитатели внимут предупреждению системы.
— Вылезут раньше или позже, — наконец, решил он, — а нам не помешало бы отдохнуть. К вечеру возьмемся за поиск со свежими силами.
— Как скажешь, — отозвался судья, — Ты ведь не думаешь над тем, что тебе сказала эта клуша?
— Конечно, нет, — сазал Дик Трейси, зевнув, — просто я не спал сорок часов, и если немедленно не отдохну, скоро попросту свалюсь.
Судья не ответил, снова наклеив на лицо дежурную злобную ухмылку.
Серая машина, взвизгнув покрышками, вырулила из внутренного двора огромного жилого комплекса…
На рассвете два флаера почти одновременно снова приземлились на стоянке «Маяка». Абсолютно пустой.
Вышедший из «Лайтнинга» Виктор думал, что сейчас увидит в клубе в лучшем случае одну только Зельду.
Но клубе и впрямь никого не оказалось. По крайней мере, из людей. Принцесса Селестия грустно констатировала, что брони чрезвычайно ее разочаровали.
— Только Зельда звонила, — смущенно, словно оправдываясь, добавила аликорн, — и просила передать, что ее подруга заедет за вами с минуты на минуту. Она специально подобрала пассажиров в соседний квартал, так что освободится даже раньше, чем думала.
— Вот она, «магия дружбы», — произнес Стивен, обведя взглядом пустой клуб, — Ни черта не изменилось…
— Да, большинству тех, кто ходит в клуб, еще многому предстоит научиться, — печально согласилась принцесса Селестия, — но не ст?ит на них сердиться. Они в плену стереотипов и сложившихся за век фэндома традиций. А некоторые… просто боятся. Боятся столкнуться с действительностью, от которой убежали в волшебный мир пони.
— Я не сержусь, — сказал Виктор, — просто… удивился. Особенно тому, что пони тоже не пришли.
— Их можно понять, Вик, — принцесса говорила, и в голосе ее слышалась настоящая скорбь, — Они — всего лишь маленькие пони. И если неприглядные стороны жизни настолько пугают тех, кого они привыкли считать своей нерушимой опорой в этом мире, то что говорить о них самих?
— А я вот ни капли не удивлен, — отозвался Стивен холодным тоном.
Принцесса повернула к нему увенчанную рогом голову.
— Ты так и не смог им простить случившегося с твоим другом, — произнесла она.
— Я не могу простить той легкости, с которой была оборвана одна жизнь и сломана вторая, — ответил Стив, — Ошибки совершают все, но кто-то не хочет на них учиться. А значит, обречен повторить. Кто будет следующим, Ваше Высочество? Виктор, всего лишь пытающийся помочь попавшей в беду пони? А может, я?
— Успокойся, мой друг, — проговорила принцесса, — Помнишь, что я всегда говорю?
Человек опустил глаза и вздохнул.
— Да, Ваше Высочество. Дружба — это не всегда просто. Но она ст?ит того, чтобы бороться. Слова Твайлайт Спаркл из сериала.
— Пока есть хоть один человек, способный не сдаться и не струсить, я не считаю дело брони проигранным, — уверенным голосом сказала принцесса, — Ты и сам это знаешь, Стивен.
Но Стив, хоть и оставался внешне спокойным, не уступил:
— Ваше Высочество, Вы правы, но я все равно не забуду, как тут «помогли» Питеру. Никогда.
— Кому? — спросил Виктор.
— Питеру Смиту. Он… был моим другом.
— Был? — снова спросил Виктор, — А что с ним случилось?
Стив посмотрел Виктору в глаза, а по мордочке Селестии пробежала тень.
— Любовь с ним случилась, — ответил он негромко, — а также то, что не все эту любовь приняли.
— Это была настоящая трагедия, — добавила принцесса.
— Как так?
— Помнишь, Алан говорил, что любовь — это всегда инициатива человека? — спросил Стив, и Виктор кивнул, — И про стоп-скрипт, эту подстраховку компаний, ты тоже слышал. Так вот, между Питером и его пони была такая любовь, что скрипт попросту смел?.
— Не может быть…
Стивен вздохнул. Теперь он смотрел в сторону, будто погрузившись в события прошлого.
— Пони искренне, всей душой полюбила Питера, — продолжил он, — и тот отвечал ей взаимностью. Ну и они были… любовниками, да. Ты правильно подумал. Более того, Питер успел сделать поняше предложение, как честный парень… ну и не делал из этого секрета.
Виктор вздрогнул.
— Алан и ему подобные отказывались верить, что первым решительный шаг сделал вовсе не Питер. Я тоже не особенно верил, признаться. Но они пошли дальше и решили «проучить клоппера». Это случилось в парке. Питер, конечно, дрался храбро, но против пятерых не выстоял. А падая, ударился виском о скамейку. Когда подоспели я и полиция, все было уже кончено. Дело спустили на тормозах, просто признав несчастный случай. Все отделались предупреждениями…
— Боже, — проговорил Виктор, — Прости…
Стивен продолжил:
— Я подобрал невесту Питера спустя два дня после похорон. На его могиле. Она просидела там все это время без еды и питья, а самое главное — без желания жить дальше. К счастью, мне удалось убедить ее, что хладный труп любимой — это не то, чему бы обрадовался Питер. С тех пор она живет у меня и пытается начать жизнь заново. Она же мне и призналась, что первой… выразила свою любовь. Если бы мне об этом рассказал Питер, я бы не поверил… и никто бы не поверил. Но он мне об этом не говорил. А она до сих пор носит его кольцо.
— Мы не рассказываем, где она сейчас, — добавила Селестия, — на всякий случай. В жизни этой пони и без того достаточно горя.
У Виктора в душе бушевали двоякие чувства. С одной стороны, жизнь с пони — это было как-то дико. Но то, как брони из «Маяка» поступили с двумя любящими сердцами, просто повергало в ужас. Особенно в свете провозглашения идеалов магии дружбы.
«В конце концов, тот кто любит лишь внешнюю оболочку, только ее и получает», — подумалось парню.
Попытки завязать собственные постоянные отношения с кем-то всегда натыкались на двуличность, обман и мерканильность. Но вряд ли пони была бы способна на такое. Да что там, Вик сам чуть не влюбился в Пинки Пай, что в сети притворялась девушкой! И теперь парень понимал, что видовая принадлежность была совсем не главной причиной, по которой роман не состоялся… хотя все равно достаточно весомой.
— Кажется, за вами приехали, — проговорила принцесса Селестия, прервав затянувшееся молчание.
Они разговаривали в холле, и в главное окно было хорошо заметно, как небольшая колесная машина вынырнула из-за поворота и затормозила, лихо развернувшись дверью ко входу в клуб.
— До свидания, Ваше Высочество, — слегка поклонился Стивен, и Вик последовал его примеру, — Благодарю, что помогли.
— Удачи, мои маленькие брони, — печально улыбнулась аликорн.
Виктор и Стивен, выйдя из клуба, увидели, как дверь такси распахнулась, и оттуда выпорхнула невысокая стройная девушка, одетая в джинсовый костюм. Ярко-красные волосы были коротко, по-мальчишески острижены.
Девушка, оказавшаяся ростом Виктору по плечо, чуть ли не вприпрыжку подбежала вплотную и протянула руку.
— Наше вам с кисточкой! — выпалила она с улыбкой, — Зельда мне говорила, что кого-то надо сегодня покатать по Серому, так лучшего такси вы не найдете. Особенно со мной за рулем! Самое потрясное такси Гигаполиса, не будь я Серафима ван Виссер!