Глава 9 Без вины виноватая
Лилия
Было ли мне больно? Физически нет. Лишь легкий дискомфорт, который быстро сошел на нет.
Зато было унизительно. Если честно, я не помню, шлёпали ли меня родители в детстве. Вроде бы нет, я росла послушным ребенком. А если что-то делала не так, мне всегда объясняли словами.
Поэтому шлепки Артема оказались унизительными вдвойне. Тем более он отвесил мне их ни за что.
Я ведь правда подошла извиниться. С той ночи прошло больше недели, и мы ни разу с ним не виделись. Тема не приходил, не звонил и не писал. Даже не удосужился узнать как моё здоровье.
Сама я не решалась ехать даже в ресторан, понимала, что Орлову нужно время на то, чтобы остыть. Тем более на носу маячила годовщина со дня свадьбы брата, и я знала, что там мы точно увидимся.
Поэтому постаралась выбросить из головы неприятные мысли и, как только температура спала, начала готовить подарки для Андрея и Маришки.
Для невестки я купила красивую деревянную резную шкатулку ручной работы. Которую собиралась расписать сама. Эскиз росписи накидала заранее.
А для брата заказала специальный деревянный органайзер для кабинета. Большой и очень удобный. Помимо отдела для бумажника, смартфона, канцелярских принадлежностей и часов, там была даже подставка для фотографии.
Всю эту красоту я расписывала целую неделю, старательно и со всей душой. И судя по восторженным вздохам Маришки и широкой улыбке брата, которые мои подарки распаковали прямо в зале, старалась я не зря.
Даже Тёма похвалил, сказав, что я замечательно поработала. А его улыбка так меня обнадежила, что я выбрала удобный момент и подошла к нему с разговором.
Я уже просто не могла выносить его полный игнор, мне жутко не хватало того внимания, что он мне давал раньше. Вот и хотелось как-то откатить события обратно.
Сделать вид, что ничего не было и продолжить общаться как раньше. Я готова была извиниться, пообещать что угодно, лишь бы он совсем меня от себя не прогонял.
Чтобы снова улыбался и обнимал, смеялся над моими шутками и трепал по макушке.
Только разговор обернулся полным крахом. Не знаю, почему Артём так взъярился. Может, боялся, что Соня подойдет и услышит. Или просто после той ночи я стала вконец ему отвратительна. Не знаю.
Почему разозлился на мой уход с праздника тем более непонятно. Я не просила его за мной бегать, просто хотела побыть в одиночестве и взять себя в руки. Чтобы не разрыдаться при родителях и гостях.
Вот уж тогда точно праздник был бы испорчен. Ушла, чтобы этого не допустить, но в итоге все равно осталась виноватой.
Зато теперь я отчетливо поняла, что сегодня в каком-то смысле был конец. Это унижение навсегда останется со мной.
И мне уже не хочется ни любви Артема, ни его общества, ни ласки. Горькая обида грызла, пожирала сознание, отравляла душу.
И я сознательно впускала ее глубже в себя, надеясь хоть так убить в себе чувства. Чтобы ничего не осталось. Ни любви, ни дружеской привязанности, ни симпатии. Только холодное равнодушие…
***
Через пятнадцать минут, умывшись и заново накрасившись, я спустилась вниз. Глаза, конечно, были припухшими от слёз, но я как можно более старательно и густо нанесла тени и стрелки, чтобы не так заметно было.
У самого порога банкетного зала замерла. Играл красивый медляк и посередине танцпола кружились пары.
Первыми в глаза, как назло, бросаются Артем и Соня, слившиеся в объятиях. Я видела её блаженную улыбку, то, как он на нее смотрит, как что-то нежно шепчет на ушко…
Чуть поодаль танцуют Маришка с Андреем, такие же влюблённые друг в друга, как пять лет назад. И мама смеётся, утыкаясь головой в плечо отцу, который ведет её в танце.
Как не почувствовать себя лишней на этом празднике жизни?
Я делаю пару шагов назад, и тут же вскрикиваю, натолкнувшись на кого-то.
— Извините.
— Лиль? — тетя Кара недоуменно на меня смотрит. — Ты чего тут стоишь как сиротка?
— Эмм…— растерялась, не зная, что сказать. Лихорадочно начала придумывать отмазку, но опоздала.
— Так, и что у нас стряслось? — тетя пригляделась к моему лицу и покачала головой. — По какому такому поводу слёзы были? И вот только не дури мне голову. Я прекрасно помню молодость, сама так прятала опухшие глаза.