— Да так, ерунда. Пройдет само.
— Лиля, – нахмурилась тетя, — так нельзя. Для чего тебе семья, если ты все держишь в себе? Родные на то и нужны, чтобы помочь и советом, и делом.
— Только не в моём случае, — покачала я головой.
— Это тебе так кажется, — хмыкнула тетя. — Потому что жизни еще не видела и максимализм так и прёт. Но жизнь это лечит, а пока тебе могут подсказать старшие. Так что стряслось? Краша себе завела?
— Тетя Кара, — я даже рассмеялась от неожиданности, — ты где таких слов нахваталась?
— Ну надо же с вами, молодежью, как-то общий язык находить. Я вот даже словарик себе завела, чтобы Макса понимать. А то мне иногда кажется, что я разговариваю не с сыном, а с инопланетянином. То он чилит, то рофлит, то у него какой-то осенний вайб, а то вдруг просит оценить «лук». А что его оценивать? Обычный лук, репчатый, в холодильнике лежит. Шарики за ролики заходят уже.
— Я не настолько заслэнгована, — улыбнулась, чувствуя как на душе становится теплее. — Мамино образование филолога сказалось. Она напрочь отбила у меня любовь к коверканным англицизмам.
— Ну слава тебе, Господи, — закатила тетя глаза, а я снова расхохоталась. Теперь слезы выступили уже от смеха. — Ну так что такое, Лиля? Кто тебе сердечко разбил? Сама расскажешь? Или маму позвать? Будем тебя пытать вдвоем.
— Не надо маму, — вздохнула, почувствовав, что меня приперли к стенке. — И вообще, это долгая история. За пять минут не расскажешь.
— Не проблема. Давай так, вечер скоро закончится, гости разъедутся. Я отправлю своих домой, а мы поедем к тебе. Чаю попьем, поговорим. Ночь длинная.
— Хорошо, — согласилась я. Подумав, решила, что хуже уже не будет. Не будет тетя меня прессинговать, зато может камень с души снимет. У самой, насколько слышала, в молодости была несчастная любовь. Рыбак рыбака точно поймет.
— Тогда договорились. А теперь пошли в зал. А то тебя там уже потеряли.
***
— Эй, мышка, ты где потерялась? — Андрей поймал меня у самого стола. — Тебя родители уже в розыск подавать собрались.
— Да так, — сделала забавную рожицу. — Ходила носик попудрить.
— Судя по всему, ты там извела минимум килограмм этой пудры, — хохотнул брат.
— Да ну тебя, — пихнула я его в плечо. — Правильно Мариша говорит, дурацкое у тебя чувство юмора.
— Андрюх, все в порядке? — рядом материализуется Артём, и я спешно отвожу взгляд в сторону. А то еще от моего взгляда взбесится.
— Да, а что? — недоуменно спрашивает брат, а я спешно тяну его в центр зала. — Андрюш, потанцуешь со мной? Хочу немного размять ноги.
— Да без проблем.
После двух танцев с братом и одного с отцом настроение у меня немного поднимается и я выдерживаю до конца вечера. Входя в свою привычную роль беззаботной девочки-смешинки.
На Артёма стараюсь не смотреть, как и на Соню, уделяя время племяннику, брату, родителям. Так легче.
А после этого мы с тетей едем ко мне на квартиру, где она быстро сооружает вечернее чаепитие.
— А теперь рассказывай, что там у тебя за беда?
Глава 10 Непростое решение
— А теперь рассказывай, что там у тебя за беда? — голос тети звучит мягко, но я всё равно напрягаюсь. Не знаю с чего начать, что именно рассказать и как правильно объяснить.
— Всё очень сложно, — наконец выдаю еле слышное, выводя черенком ложки узоры на скатерти.
— Это понятно, ведь когда все легко, так не улыбаются, — покачала она головой. — И не плачут в одиночестве по углам. Так в чём проблема, милая? Ты влюбилась, это понятно. А он что?
— Он старше меня. — вздохнула я.— Не то чтобы очень сильно старше, но достаточно. Считает меня ребёнком и не воспринимает всерьёз.
— Ну, это нормально, когда есть разница в возрасте. — задумчиво протянула тетя. — И это поправимо. А дальше то что? Он знает о твоих чувствах?
— Узнал, — я отпила любимый чай, снова не различив вкуса. На тетю Карину смотреть не решалась. Стыд ядовитой кислой жег изнутри, мешая поднять глаза. — Но ему это не понравилось.