Кохэй слишком много вкладывал в нее, чтобы позволить быть свободной. Он дал ей не только причуду, но и крышу над головой, спрятал от правительства, а еще обучал медицине — в прошлом он, оказывается, работал врачом. Теперь Кагами хоть знала, как банально оказывать первую помощь пострадавшим.
Слишком ценный экземпляр… блин.
Звонок в дверь отвлек девушку от размышлений. Насторожившись, она взглянула на наручные часы, отметив семнадцать минут до полуночи. Это не Кохэй, он должен вернуться утром. Подъезд освещался, поэтому прощупать тьму и узнать, кто пожаловал в гости, девушка не могла. Но знала… только одного ублюдка могло принести так поздно вечером.
И это напугало.
Попутно выключая свет в коридоре, Кагами дошла до входной двери, ощущая себя маленькой девочкой, оставленной родителями. А по ту сторону двери стоял страшный злобный человек.
— Что? — не рискнув впускать гостя, повысила голос девушка.
— Открывай.
— Иди в жопу, Даби. Если хотел встретиться, надо было позвонить. Ты знаешь условия. Кохэя нет на месте, поэтому я тебя не пущу.
— Твое дело, тогда я вышибу дверь и спалю весь этаж. Открывай.
По голосу и не поймешь, в каком он расположении духа, Даби всегда разговаривал с ней пренебрежительно и грубо. Но угроза его реальна, пока мужчины нет поблизости, он не побоится напасть, терять ему нечего. А вот Кагами было что. Против дикого пламени ей не выстоять, но факты таковы, что оправдываться перед Кохэем она боялась куда сильнее. Мужчину она боялась куда сильнее.
— Блять, — выругавшись, Кагами через «не хочу» повернула щеколду и открыла дверь. — Только…
— Ах ты, сука, думала, можешь меня так кинуть?!
Ворвавшись в квартиру, Даби тут же схватил девушку за шею и оттолкнул к стене, попутно захлопнув дверь ногой с таким грохотом, что дрогнули стены. От испуга и неожиданности Кагами позволила парню взять верх над ситуацией, поэтому в попытке высвободиться она лишь сильнее разозлила его.
— Тебе было сказано забрать или избавиться от тела ному, — сильнее сжав пальцы вокруг ее шеи, угрожающе навис над ней незваный гость. — А ты, испугавшись первых сирен, просто побежала домой? Серьезно?
— Там не было… тела, — захрипела девушка, пытаясь отодрать пальцы парня и сделать слабый вдох. — И это, блять, ты мне скинул адрес… который оказался фальшивкой!
— Только это не значило, что нужно сбегать, даже не оповестив меня. Надо было продолжать поиски. Это твоя работа, и, если у тебя есть задание, ты его выполняешь. Ты меня поняла?
Тревогу уже вызывала не столько стальная хватка, сколько покалывание на коже от нарастающего тепла. Зашипев от болезненного жжения, Кагами ощутила не только страх, но и злость. Подняв на Даби раздраженный взгляд, она заглянула в его бирюзовые глаза и промолчала. Он был зол, но куда сильнее ему хотелось показать, что она ничего не способна ему противопоставить.
— Отпусти меня. Или пожалеешь.
— Да что ты? — пренебрежительно усмехнувшись, парень склонился чуть ниже, чтобы видеть ее глаза на уровне своих. — Я могу сжечь тебя за секунду, ты не успеешь и пальцем пошевелить, чтобы воспользоваться своей причудой.
— Уверен?
Выбросив вперед руку, Кагами хотела схватить Даби за шею, но он моментально отреагировал, перехватив ее за запястье. Он так сильно сжал его, что задел какой-то нерв и большой палец закололо иголками. От утробного смеха, пробившего грудь парня, девушке стало не по себе.
— Ты просто маленькое посмешище. Ты мне ничего не сможешь сделать, даже если я не применю причуду. Посмотри на себя… девчонка, которую выплюнула индустрия героев. Ты ни черта не смогла сделать, когда тебя загнали в угол, дать банальный отпор, когда тебя хотели убить. А без этого старика ты ничего не можешь, всего лишь зверюшка, запертая в клетке. Давай, попробуй!
Прижав ее ладонь к своему лицу, Даби с издевкой окинул ее провокационным взглядом и даже ослабил хватку на шее.
— Что твоя причуда может мне сделать, а? Я ничего не чувствую, половина моей кожи ничего не чувствует, и ты думаешь, какая-то тень сможет меня напугать? Какой-то болью или еще чем-то?
— А ты много болтаешь, смотрю, — раздраженно подметила Кагами и, воспользовавшись тем, что собеседник расслабился, впилась ему ногтями в лицо. Но попытка отнять ее руку обратилась провалом, злость в девушке вспыхнула так отчетливо, что придала сил. — Не больно, говоришь? А чего кривишься, а? Посмотри на себя, красавчик тот еще. Когда сшивал себя этими скобами, каково было живую кожу пробивать, а?