— Что случилось?
— Быстрее, койку сюда!
К нему моментально подбежали медсестры, но едва их взгляд коснулся Кагами, они в ужасе распахнули глаза. Даже в недоумении.
— Что с ней?
— Не знаю, похоже на внутреннее кровотечение и травмы, это из-за ее причуды… Она сражалась со злодеем и… пожалуйста, помогите ей.
— Д-да… сейчас… Кладите ее сюда!
Как только одна из девушек подкатила койку, Таками осторожно положил Кагами и собирался последовать за врачами, но как только она скрылась за дверьми приемного отделения, одна из медсестер преградила ему путь.
— Подождите! Вы не можете туда пройти.
— Что?! Но…
— Ястреб… вы же… не родственник, да?
Вопрос поставил парня в тупик, он только успел открыть рот, но все, что он смог, это беспомощно вздохнуть и потупить взгляд.
— Обещаю, мы сделаем все возможное, — поклонилась медсестра, — прошу, ожидайте.
Не родственник. Вот уж да. Как только девушка оставила его, парень не сдержался и истерично тихо засмеялся. Сейчас бы пригодилась эта история. Но теперь Таками не мог даже пройти к девушке, которую любил, ведь он ей никто. Забавно. До жестокого забавно. Все, что ему оставалось, это чувствовать себя бессильным и испуганным на глазах у десятков перешептывающихся людей. Не менее бессильных и испуганных, потому что он лишний раз доказал, что герои, каких они привыкли видеть, на самом деле не выдуманные образы. А обычные хрупкие люди.
Такой боли, она, наверное, никогда не испытывала в своей жизни. В момент пробуждения Кагами с трудом понимала, приснилось ли ей все, но сквозь тяжелую дрему она постепенно осознавала свое тело. Чувствовала его, только пошевелиться не могла.
С трудом разлепив веки, девушка зажмурилась от яркого света, освещающего больничную палату. Дышать оказалось сложно, казалось, что не только руки и ноги, но органы полыхали огнем. Долгие минуты потребовались ей, чтобы осмыслить свое состояние, все, на что хватило Кагами, это просто смотреть в потолок и дышать воздухом с повышенной концентрацией кислорода через маску.
Попытка поднять руку затянулась на несколько минут. Казалось, что к запястью привязана гиря, а приподняться тоже оказалось не вариантом. Повернув голову и увидев, сколь фиолетовой, если не черной, выглядела кожа в контрасте с перевязью, Кагами опешила. От страха сердце забилось сильнее, что заставило уйти сонливость. Набравшись сил и сквозь шумное дыхание приготовившись к боли, Кагами напряглась и с трудом, закусывая губу, чуть приподнялась на подушку. Выждав, когда боль утихнет, вновь повторила попытку, и так на протяжении пяти минут, пока не заняла сидячее положение.
Честно говоря, лучше бы она вновь легла, потому что ребра с правой стороны и живот схватил болезненный спазм. Ноги, к счастью, практически не болели, но вот руками девушка едва ли могла пошевелить.
Сколько она лежала без сознания? Что вообще произошло? Точнее, что произошло — она помнила, все в мельчайших подробностях, даже как к ней на помощь прибежал Таками. Но она и слова сказать не могла.
Надо найти медперсонал. Узнать, сколько она здесь лежит, что в принципе происходит? Лежать мертвым телом и дожиться, когда к ней хоть кто-то придет, воспаленный мозг решил бесполезной тратой времени. Кагами лишний раз убедилась в этом, заметив подле кровати кресло-каталку. Сначала подумала, что и на своих двоих дойдет, но как только освободилась от капельницы и кислородной маски, попытавшись встать на ноги, ожидаемо упала на пол.
От всплеска боли у Кагами едва не вырвался истошный крик. Слезы навернулись на глаза. Мышцы закололо в агонии, словно от тысячи одновременных ударов иглами. С трудом терпя жуткие спазмы по всему телу, она заскулила. От мысли, что она останется такой на всю жизнь, Кагами едва не зарыдала. Значит, вот что чувствует человек, прикованный к кровати? Не способный позаботиться о себе самостоятельно. Неужели ее мать чувствовала то же самое?..
Нет. Нет-нет-нет-нет.
Превозмогая боль, Кагами попыталась подняться, хотя бы сесть в кресло-каталку, но ее хватило лишь, чтобы облокотиться о сиденье. Тяжелое дыхание начало разрывать легкие, а от него и давить на поврежденный бок.
Герой, который не в состоянии даже на инвалидное кресло забраться. Пиздец.
В таком положении Кагами просидела, возможно, минут десять, она потеряла счет времени. Повторяла про себя «сейчас отдохну, и продолжу». Отдохнет и продолжит. Но она все сидела…