— Даю добро не больше, чем на двух агентов. Сам выбирай, кого взять. Если цель ясна, можете выдвигаться как можно скорее, даю вам два часа на сборы, это задание — первый приоритет. Подробности, как обычно, пришлет Уширомия. Есть вопросы?
— У меня… есть вопрос, — несколько нерешительно обратилась к женщине Кагами.
— Он касается миссии?
— Ну… отчасти.
— Если это не касается миссии, то можешь написать мне на почту, я постараюсь ответить. Или обсуди это с Уширомией.
— Я уже не первый раз пишу вам по этому поводу, но вы не отвечаете, — нахмурилась девушка.
Выдержав многозначительную паузу, председатель заставила понервничать даже Ястреба. Он подумал, что Кагами захочет спросить о своей матери, что ей нужно навестить ее. Но тут имелась и еще какая-то проблема?
— Поговорим после миссии. — Подняв взгляд на девушку, Лэн устало вздохнула и добавила: — Обещаю. А теперь — свободны.
Противоречивое задание. Если поимка Стейна и Тени стояла первым приоритетом, то следовало приложить максимум усилий с самого начала. Так бы и Кагами быстрее справилась со своими страхами. Порой председатель слишком осторожничала, дорожа репутацией не только комитета безопасности, но и своих героев. Общество любила образ Ястреба, и не меньше восхваляла героиню Беркут, их рейтинги быстро росли, как и положительная репутация. На них комитет безопасности делал неплохие деньги. Один прокол или грязная история, проблемы моментально посыпались бы с неба.
Но и сейчас проблемы могли появиться на ровном месте.
— Нао, на пару слов.
Звук своего имени удивил девушку, Ястреб прекрасно помнил, что она предпочитала обращение по фамилии, к тому же в общественных местах. Как бы ему не хотелось отложить этот разговор, лучше уж сейчас расставить все точки над «и», как минимум разобраться в ситуации.
Он завел ее в тихий угол у окна, который сотрудники обходили стороной. И почувствовал неожиданную нервозность, и не зная, как подступить к щекотливой теме. Кагами будто чувствовала неладное.
— Слушай, эта миссия для тебя будет сложной, понимаю, однако… Однако я вижу, что тебя что-то беспокоит. Кроме страха перед убийцей героев. Наверное, это не мое дело, но, пожалуйста, расскажи мне, что тебя мучает. Не знаю, смогу ли помочь, но я готов поддержать тебя.
Как выразиться лучше, Таками не знал, поэтому с уверенностью, и в то же время мольбой смотрел на собеседницу, надеясь, что она поймет его страхи. Он не только переживал за нее, как за девушку, но и беспокоился как за напарника. Потому что опаснее врага может быть только нестабильный напарник.
Долго смотрев на него напряженным взглядом, Кагами устало вздохнула и, подойдя к окну, отвернулась. Горько улыбнулась.
— Ты ведь знаешь, да? Я не глупая, Таками, прекрасно понимаю, что мои крики на врачей из соседнего дома можно услышать. Но… спасибо, что не наседал с этим вопросом. Я бы все равно… не знаю, вряд ли бы смогла ответить.
— Даже сейчас?
— Сейчас… — прервав фразу тяжким вздохом, девушка пожала плечами. — Сейчас, видимо, уже придется рассказать.
— Если ты не хочешь… я просто…
— Не сказать, что не хочу, я не привыкла делиться проблемами с кем-то другим, особенно столь деликатными и личными. Но ты мой парень, да, — мягко улыбнулась она с ноткой грусти, — и напарника. Я осознаю, что ты опасаешься за мою психическую стабильность, не выкину ли я какой-нибудь трюк. Скажи тогда… что тебе вообще известно?
И действительно, разговаривать о такой щекотливой проблеме было намного труднее, чем мог себе представить Таками. Ему потребовалась пара секунд, чтобы настроиться. Ему даже сложно было смотреть на собеседницу.
— Я знаю, что твоя мама больная… больна СПИДом. И что ей становится хуже, несмотря на лечение. Это, в принципе, все, что я понял.
— Но у тебя так и вертится вопрос, как она заболела, да?
— Не то чтобы…
— Не ври, — тихо, и в то же время жестко оборвала его Кагами, продолжая смотреть в окно. — Все выглядит так, словно она переспала с кем-то на стороне, об этом узнал мой отец и в какой-то момент ушел за хлебом и не вернулся. Хм. Из-за такой клишированной картины я никому ничего и не рассказываю. Кроме Куросаки… ну, ему, в принципе, трудно было не знать об этом.
— Он знал об этом с самого начала?
Отчего-то этот факт уязвил Таками. Игнорировать тесную дружбу и не испытывать ревность — кто бы мог подумать, что его начнут беспокоить такие вещи.
— Его отец — двоюродный брат мамы, он помог ей когда-то устроиться на работу… Из-за которой все и… вышло вот так. Отчасти он чувствовал себя виноватым, поэтому меня так легко и просто взяли в охранное агентство.