— Я… ох.
— Да, вот так все выглядит, Кейго. Ты меня выставил каким-то слабым звеном, предателем. И на фоне смерти Куросаки это выглядит очень убедительно.
— Но… я не… просто ты была в ужасном состоянии, ты не могла доложить четко о ситуации. И… блин. Прости.
Простить. Простить, хах? Да какое это имеет значение теперь? Девушка с презрением глянула на Таками, с неожиданностью отметив, что горячая злость отходит на задний план, уступая место холодному раздражению. Прикрыв глаза и переведя дух, Кагами опустилась на кровать, после чего долго молчала, пытаясь понять, что она хотела выразить. А в голове ничего, кроме панических мыслей.
— Я в ужасе, Кейго, — призналась девушка, — мне плохо. Я хочу плакать, я злюсь. Закрываю глаза и вижу бледное лицо Куросаки. Я никого не виню в его смерти, кроме Стейна, но чувство вины все равно пожирает изнутри, не могу не задаваться вопросами «а что если». И еще появление Тени… Комитет безопасности теперь считает меня уязвимостью, я вижу за собой слежку, только дома за мной никто не следит, и все потому, что ты поблизости. Я блин… — спрятав лицо в ладонях, девушка зарычала, — я понятия не имею, что Тени от меня нужно. Я узнала о его существовании, когда устроилась в комитет безопасности. Я… ничего не понимаю, Кейго, и мне страшно. Мне никто не доверяет, я не знаю, что делать, чего ожидать…
— Эй-эй, тише, успокойся, — поспешив подойти к девушке, Таками опустился перед ней на колени и взял за дрожащие руки, заставив перестать заламывать пальцы. — Я тебе верю, Нао. Я верю тебе, поверь. То, что я сказал председателю, не предупредив тебя… мой факап, прости, я… я идиот. Я действовал на автомате.
— Боюсь, что в один день ты что-то похуже можешь сделать на автомате.
Кагами не думала говорить об этом, но фраза сорвалась с языка непроизвольно. Возможно, и к лучшему, потому что она действительно опасалась того Ястреба, который смотрел на мир мертвым взглядом.
Для того, чтобы оправдаться, Таками молчал слишком долго.
— Такого не произойдет. Я никогда не причиню тебе вреда, обещаю. — Однако собеседницу это не убедило, она продолжила смотреть под ноги напряженным, слегка обозленным взглядом. В попытке смягчить атмосферу парень ухмыльнулся: — Эй, я же знаю тебя, ты ведь обычная девушка, целеустремленная и… невероятная, ты же ведь стремилась стать героем, и твоя воля неоспорима.
— Если подумать, злодей тоже может блистать на обложках журналов и быть популярным. Заголовки, правда, будут другими, — рассуждала Кагами, позволив накатить грусти, но молчание со стороны парня заставило ее поднять взгляд и обнаружить, что ее слова озадачили его. — Я рассуждаю, Кейго, а не собираюсь становиться злодеем.
Отчего-то хмурый взгляд Кагами заставил парня улыбнуться.
— Какой из тебя злодей? Максимум плохая девочка.
Если это попытка приободрить ее, то она провалилась с треском. Пригвоздив парня суровым взглядом, Кагами собралась что-то сказать, но в итоге только вздохнула и закатила глаза. С трудом удержалась от ругательств. Ей плохо, а он шутит… но, с другой стороны, нелепый комментарий остудил в ней злость.
— Долго это придумывал?
— Нет, просто с языка снял.
— Оно и видно, — покачала головой Кагами. — А если серьезно… что меня ждет в этой ситуации? Только честно, я не хочу никаких подводных камней.
— Ну… — вздохнув, Таками поднялся с пола и присел рядом с собеседницей, вновь взяв ее за руку. — Учитывая, что произошло с Куросаки, тебе сделают скидку на психическое состояние. Но тебе нужно собраться, прости. Особенно все усложняет Тень, его визит к тебе. Если коротко, то мой совет — продолжай делать то, что делала раньше, не убегай ни в коем случае от агентов. Не позволяй эмоциям проявиться на публике.
— Мы продаем образ, я помню. — Согласилась Кагами и не сдержала горькой улыбки. — Сложная работа, конечно…
— Хотела бы вернуть все, как было до этого?
Хороший вопрос.
— Смерть Куросаки заставляет меня сказать «да». Я бы со всем справилась, и я справлюсь… ради него, но… Я не могу поверить, что его нет. Не будет рядом, он не куда-то уехал, его просто нет. Все. Мы с ним с детства вместе, копались в одной песочнице, я постоянно отнимала у него игрушки, случайно ломала их, а он получал нагоняй от матери, потому что всегда брал вину на себя. В старшей школе у нас был выпускной, а я была… ну, скажем так, не очень популярной из-за своего характера. Ох, как же меня злили одноклассницы, и я попросила Куросаки притвориться моим парнем, чтобы он пришел со мной на танцы. Какие же завистливые взгляды были у этих куриц… о-о…