— Хэх, да ты коварная женщина.
— Я просто… Он всегда приходил на помощь. Мне казалось, он непобедим. Я его даже ревновала к девушкам, потому что он не мог со мной так часто общаться. Но я была счастлива за него, — тяжко вздохнув, чтобы подавить подступившие слезы, Кагами усмехнулась воспоминаниям. — Помню, после расставания с девушкой, которая ему очень нравилась, мы всю ночь смотрели аниме, ели чипсы и пили… а на утро мой унитаз познал боль… Ну, короче… Я никогда не думала, что терять близких так тяжело.
Вздохнув, Кагами стерла остатки слез с ресниц и постаралась успокоиться, расслабиться. Сосредоточиться на теплой, немного шершавой от мозолей ладони парня. Ей не хотелось напрягать кого-то своими проблемами, но что-то подсказывало — еще немного, и она рассыплется, как замок из песка.
— Я понимаю, что тебе не до моих проблем. Никому нет дела до чужих проблем, тут даже не отрицай, — поспешно добавила Кагами. — Но… мне больше не у кого попросить помощи. Я вообще не привыкла просить помощь, тут, даже, наверное, не в помощи дело, а в поддержке. Если ты поможешь мне не свихнуться, Кейго, я буду обязана тебе по гроб жизни. Ничего такого делать не надо, просто… вот так быть рядом… думаю, этого хватит.
— Господи ты боже, — вздохнул парень, обхватив девушку за плечи и притянув к себе поближе, — иди сюда, принцесса.
— Не надо называть меня принцессой.
— Просто я чувствую себя рыцарем, — усмехнулся Таками. — Что я могу сделать для моей принцессы?
— Например, не доносить на меня председателю, или хотя бы предупреждать об этом.
— Ну… я постараюсь.
— Ты… серьезно?
— А что?
— Ты должен был сказать «ни за что», «никогда в жизни я такого больше не сделаю», — преувеличенно очертила масштаб проблемы девушка, недовольно пробубнив под нос: — раздражаешь.
В ответ Таками тихо засмеялся, растерев ей плечо, словно пытаясь приободрить, хотя настроение не располагало веселиться. И все же Кагами улыбнулась. Ей все еще было плохо, но она старалась удержать себя на плаву мыслей, что рано или поздно смерть настигнет каждого. Нельзя сдаваться и терять контроль над ситуацией. Лучше всего будет отвлечься, а не зацикливаться на горе. Но как тут отвлечься? Фильм посмотреть? Сексом заняться? Один вариант хуже другого.
— Тебе принести что-нибудь?
Кагами отрицательно покачала головой.
— Хочешь, сделаю массаж?
— Хм, — усмехнулась девушка, — можно… а потом ты начнешь снимать с меня одежду, да?
— М-м… ну, мне бы очень хотелось, но я не уверен, что это уместно.
— Боюсь, что хуже мне уже не будет, поэтому если ты просто обнимешь меня, уже будет неплохо.
— Ну, это всегда пожалуйста.
Из-за крыльев, конечно, пришлось спуститься на пол из-за банального удобства. Обняв девушку со спины, Таками поцеловал ее в макушку и прижался ближе, сцепив пальцы в замок у нее на животе. Тишина в доме слегка нервировала, нежели успокаивала, поэтому Кагами попыталась сосредоточиться на своем дыхании, что быстро перешло в отслеживание дыхания парня. Как оно щекотало затылок, скатываясь теплом по шее.
Они просидели так несколько минут, и бездействие, признаться, смущало Кагами. Тишина заставляла возвращаться к мыслям, а я ей этого не хотелось, и в то же время она боялась что-либо сделать. Пыталась заговорить, но то и дело закрывала рот, тяжко вздыхая. Мысли о смерти Куросаки сводили ее с ума.
— Кейго, я…
— Давай ты просто ляжешь спать.
— Хочешь, чтобы я на тебя опять орать начала? — нахмурилась Кагами, недовольная требовательным тоном парня. — Просто поцелуй меня, а там посмотрим.
— Не думаю, что это поможет, Нао. Лучше…
— А что мне поможет? Есть какое-то чудесное средство? Я хочу забыться, Кейго, хотя бы на ночь. Меня мысли сводят с ума, сидеть в тишине и… это невозможно. Я хочу кричать. Хочу сломать что-то. Меня буквально триггерит любое слово. Со стороны наверняка кажусь истеричкой, да? Так вот, да. Я хочу истерить. Поэтому, чтобы избежать этого, я прошу тебя… Не ври, что хочешь просто сидеть в обнимку.
— Дело не в том, хочу я или нет, ты сейчас на эмоциях, и…
— Блять, именно, что на эмоциях! — разозлилась девушка, высвободившись из рук парня и отстранившись. Она посмотрела на него со смесью раздражения и мольбы, отчаяния, которое пожирало ее с головой. — Я хочу отвлечься, и не знаю, что мне делать. Мне хочется, чтобы меня обняли, но мне этого мало, мысли в голове не дают покоя, я… или мне умолять тебя? Как ты любишь, так?
— Господи, Нао, — услышанные слова, похоже, смутили Таками, да и вовсе заставили растеряться и отвести взгляд. — Я не… не надо.