— Тогда, скажи на милость, что ты тут делаешь? — зарычала девушка. — Совпадение?
— Если бы я хотел тебя сдать, я бы тебя сдал, подумай сама. Я здесь потому, что сам сказал адрес, и решил находиться поблизости, чтобы удостовериться, что все пройдет нормально. А потом пришел приказ всем свободным героям выдвигаться к полицейскому участку.
— Как удачно.
— Нао, я клянусь… я не знал. Это… черт…
— Если ты не знал, — на секунду допустила Кагами, — то… как ты, блять, мог не знать? Что они готовят облаву? Это явно не полицейские решили финт конем провернуть. Очень похоже на то, если ты говоришь правду и ничего не знал, что комитет безопасности пытается найти крота в своих рядах. Ты, надеюсь, флеш-ключ незаметно выкрал?!
— Конечно!
— Они знают, что ты знаешь о том, где должно было находиться тело ному? Что здесь оно хранилось? Потому что, если да, думаешь, комитет на тебя не подумает?
— Нет, они не знают. Я только подслушал разговор, я не спрашивал ничего, — видимо, устав от нападок девушки, оскалился в ответ парень. — Они могут подумать на управляющего участком. Или кого-то еще, но не на меня. Ох боже…
Кагами все еще недоверчиво смотрела на Ястреба, опыт прошлого заставлял скептично относиться к его словам. И все же нельзя исключать, что комитет не мог не подозревать, что поблизости ошивается шпион. Тому основание фееричное проникновение в штаб-квартиру. Но от этого легче не становилось. Из-за чужих проблем Кагами рискнула своей задницей. Нет уж, больше они не заставят ее участвовать в этих аферах, разгребать чужое дерьмо.
— Значит, ты не знаешь, где тело ному?
— Видимо, не знаю, — признал Таками. — Ты собираешься продолжить поиски после такого переполоха?
— Ага, сейчас, делать мне нечего… Вообще не я должна этим была заниматься, — скривилась девушка. — Блять… уже представляю эту истерику… со стороны Кохэйя, Даби… блять, хер знает что со своими экспериментами!
— Это, скорее, у меня проблемы, — отметил Ястреб, — раз я дал ложную наводку.
Верно. Это его проблемы, пусть тогда они и разбираются друг с другом. Ей пришлось огребать из-за их ошибок, так что если хоть один из них посмеет вякнуть в ее сторону, она скандал поднимет. Будет истерить до последнего, плевать.
— Ты… в порядке? Я слышал выстрелы…
— Ой, вот только не надо, — шикнула Кагами, — беспокоиться обо мне. Я в порядке.
— Нао, я просто…
— Вот просто молчи, — не выдержала девушка, глянув на собеседника раздраженным взглядом. — Я не верю ни единому твоему слову! Беспокоиться обо мне надо было, когда я стояла на краю обрыва, прося тебя не убивать меня. Или даже пораньше, когда убили Куросаки, когда умерла моя мама.
Ему не нашлось, что сказать, но если его и задели слова, Таками не показал этого. Упрямо смотрел на девушку, словно ожидая, что она смягчится, или хотя бы возьмет себя в руки для конструктивного диалога. Но приближающиеся звуки полицейских сирен не располагали Кагами к разговору.
— Если еще раз попытаешься играть со мной в рыцаря, я за себя не ручаюсь, Кейго. Принцессу ты убил, и я с удовольствием покажу, какое ты создал чудовище.
Глава 19: Ответственность
Комментарий к Глава 19: Ответственность
Ловите гигантскую спайси главу:З
Terribly like terrible, she’s the villain
One as sweet as caramel, she’s my saint
Think I’m getting butterflies, but it’s really
Something telling me to run away
No halo
Baby, I’m the reason why Hell’s so hot
Inferno
Baby, I’m the reason why bad’s so fun, Hell’s so hot
Sub Urban & Bella Poarch — INFERNO
Надув щеки и зажмурившись, Кагами отчаянно пыталась не закричать на всю квартиру от боли.
— Твою-то мать… — прошептала девушка, стягивая с себя водолазку и сбрасывая под ноги. Взглянув на себя в зеркало, она напряженно вздохнула, отмечая пунцовы отметины под ребрами и на плечах. — Блять…
Не все так плохо, если учесть, что это следы от пуль, которые прошли сквозь нее, когда она тенью пробивалась через полицейских. Оттянув лямку спортивного лифчика, нашла еще одну отметину. Не стоит говорить Кохэю о полученных увечьях, он постоянно злился, когда она лезла на рожон. Трясся над ее телом сильнее, чем сама девушка, и не удивительно. Мужчина лепил ее полгода, словно скульптуру, и считал своей собственностью, какими бы красивыми словами не пытался скрыть правду.
Но это, блин, его вина. Кагами не имела никакого отношения к ному, но прекрасно понимала, что получит в ответ на свои возмущения. Для нее теперь нет никакого «я». Решив жить и согласившись перенять причуду тьмы, она автоматически подписала пожизненный приговор на служение Кохэю, а, значит, и Все-за-Одного. Горькая правда была противна ей, но это так. Успокаиваясь, девушка не могла отвернуться от истины.