Помимо очевидных причин, на фоне реальной опасности, я как девчонка разволновалась, когда мы с Герой вошли в номер мотеля, где планировали провести ночь. Попавшийся по пути придорожный кемпинг, был как нельзя кстати. Оба вымотались. Почти пять часов ехали без остановок. Завтра целый день в дороге проведём. Надо как следует отдохнуть, а я…
Вдруг подумала, что он возможно захочет большего, к чему, наверное, я пока не готова. Зная его, он ни на чём настаивать не будет и не прикоснётся, если сама не разрешу. Вообще я давно не ощущала настоящего желания, словно совсем разучилась чувствовать или как будто и правда стала фригидной.
– Какую кровать выберешь – слева или справа? – спросил Герман и, подойдя ко мне со спины, положил руки на мои плечи, мягко сжимая их и чуть массируя.
– Без разницы, – всё равно нервозность никуда не денется, понимая, что мы будем находиться вместе в одном помещении. Вот как тут уснёшь? – даже несмотря на усталость.
Поэтому я попыталась отвлечься на скудный интерьер. Убранство комнаты очень скромное: два спальных места, два стула, стол, старый телевизор на тумбочке, полка для обуви и вешалка для верхней одежды. Удобств тоже нет. Благо хоть полотенца, халаты и гигиенические принадлежности в мини-флаконах тут есть – лежат на постели.
– Общие туалет и душ по коридору в конце – администратор говорила. Если тебе нужно, то… – его голос прозвучал хрипло, а дыхание ощутимо сбилось.
– Хорошо, – освежиться не помешает. Вдруг это поможет выкинуть из головы одолевающие меня навязчивые мысли.
– Ань, – он ухватился за мой локоть, остановив, когда я, взяв с собой всё необходимое, направилась к двери.
– Что?.. – я стеснялась посмотреть ему в глаза.
– Ты в порядке? – Гера обнял моё лицо ладонями, не позволяя отвернуться.
Наверное, по моему взгляду всё видно – и страхи, и сомнения, и нерешительность.
– Как-то внезапно и неожиданно всё навалилось… – я не просто отвыкла от него, я не знаю, как вести себя с ним, особенно сейчас. В машине почему-то проще было.
Или причина в том, что мы молчали почти всю дорогу, пока добрались до этого места, перекинулись парой фраз, словно и сказать друг другу оказалось нечего. Совсем чужими стали…
Слова – словами, планы – планами, а получится ли у нас снова сблизиться? Вот чего боюсь. А ещё стыжусь того, как жила эти годы, стыжусь своего мужа, с которым периодически приходилось спать. Конечно, и у Геры были женщины, об этом не нужно даже спрашивать и что-либо уточнять, но… Слишком много сдерживающих факторов, не дающих окончательно расслабиться и облегчённо выдохнуть.
Лишь бы не настигло разочарование, так или иначе отчасти мы изменились за десять лет. Прежней меня нет – я уже не та двадцатилетняя, весёлая, беззаботная девчонка, кого Герман любил когда-то. Теперь я будто сломана – сломана во всех смыслах, пустая, а наполниться нечем. Да и он тоже другой… не знаю…
Ошибиться не хочу и тем более не хочу, чтоб всё затеянное нами было зря. Опять же тревожит один момент: «а не противна ли я ему после всего?». Казалось бы, нужно просто откровенно поговорить, а с чего начать не представляю, на деле это гораздо сложнее, ведь можно услышать то, что не понравится.
– Я не трону тебя, ни к чему принуждать, торопить, напирать и давить не буду, если ты это имела в виду, – сразу заверил Герман.
Такого ли ответа я ждала от него? – и да, и нет. А может лучше плыть по течению, окунуться в стремительный поток событий, отпустить себя, почувствовать женщиной, а не зажатой деревяшкой, отдаться ему и забыться в моменте… Или наоборот вспомнить? – вспомнить, как нам хорошо было вместе. Мы и так потеряли много времени. Пора наверстать упущенное.
– Поцелуй... – я привстала на цыпочки и потянулась к нему.
Если бы сейчас он замешкался хоть на полминуты, то я не осмелилась бы повторить.
Только и его просить дважды не надо.
– Анют… – прошептал и так жадно впился в мои губы, я едва не задохнулась от этого натиска, а всё, что держала в руках, тут же упало на пол.
Гера поднял меня на уровень своих глаз, обняв за талию, резко впечатал собой в стену и накинулся как изголодавшийся зверь.