— Ты некромант, а этого уже достаточно, — презрительно ответил Стил.
— Переходим к другому вопросу. Чир, — командующий обратился к женщине с Южного континента. — В какой стадии находится оружейный проект?
— Сегодня закончили, — сказала Чир. — Завтра установка орудий.
— Отлично, — командир хлопнул в ладони, — на сегодня дел больше нет, можем расходиться. Лично я направляюсь на Хмельную площадь. Кто со мной?
— Командир, — в кабинет ворвался запыхавшийся юноша. — Вы просили доложить, когда авантюристы придут в себя. Пришли. Только что.
Глава четвертая
«Если бы существовали официальные заповеди наемников, первая выглядела бы так: „Не забывай отдыхать столько же, сколько и работаешь. А лучше — еще больше“.
«Твоя главная, Кланк, ошибка заключается в том, что ты упрямо продолжаешь верить в то, что Я противник. Будто Я причина твоих бед. Ты думаешь, что Я заставляю тебя становиться кровожадным, убивать всех, до кого дотянутся руки. Это не так. Я создан для того, чтобы помогать тебе защищать тех, кто тебе дорог. Не зря же Меня назвали стражем. Мое существование возможно только пока жив ты. Не станет тебя, исчезну и Я. Я самый грозный союзник, какого только можно представить. Прими Мою помощь, не отказывайся от поддержки и тогда сможешь свернуть любые горы, справиться с каждым противником, защитить своих друзей. Перестань бояться Меня».
Когда мне было одиннадцать лет, через нашу деревню Веселые Луга проходил восьмой стрелковый полк Его Королевского Величества. Я навсегда запомнил лица тех солдат. Слегка наглые, полные уверенности в своей силе. Ради потехи они устроили состязание стрелков, в котором мог принять участие любой желающий. Лишь трое из нашей деревни смогли приблизиться к уровню мастерства восьмого стрелкового полка. Чтобы одержать победу, нужно было поразить двенадцать тренировочных мишеней менее чем за минуту. Солдаты сдерживали смешки, когда я — одиннадцатилетний парень — решил бросить им вызов. Они считали, что паренек просто хочет развлечься, так что, почему бы не дать ему такой шанс? Мне выдали арбалет, хотя всю свою жизнь я тренировался стрелять из лука, и нужно признать, получалось у меня средне. Из двенадцати мишеней мной в «яблочко» были поражены десять. Мои руки гудели от боли, я даже представить себе не мог, что натягивать тетиву арбалета настолько сложно, но гордость от победы заглушала неприятные ощущения.
Командир восьмого стрелкового полка предложил родителям отдать меня в снайперское училище. Он был поражен тем, как я обращаюсь со стрелковым оружием, считал, что нашел настоящего самородка. Меня не интересовала карьера военного, так что это предложение было отклонено. Зато мне подарил сам командир стрелкового полка Его Королевского Величества шикарный арбалет, который стал символом моего превосходства. В тяжелые минуты мне хватает короткого взгляда на свое оружие, чтобы вернуться в тот летний солнечный день, когда я, будучи ребенком, одержал вверх над настоящими профессионалами. А время шло, арбалет изнашивался. Сейчас от него не осталось даже тени былого величия, но это не важно, он стреляет и это уже хорошо.
Мой главный и единственный козырь — меткость, в остальном я не отличаюсь от обычного человека, разве что чуть-чуть ловчее. Мои способности порой позволяют мне хорошо и грамотно вести дистанционный бой, а в рукопашном же — я представляю собой жалкое зрелище. Я бы не смог стать авантюристом, если бы не понимал истинный смысл командного духа. Команда нужна для того, чтобы компенсировать твои недостатки. Пускай я не специалист по ближнему бою, зато Эверсор всегда поможет в этом деле. Я не владею магией, Сейри же имеет талант. Не умею работать с ветром, Фис делает это блестяще. Никогда не смогу смастерить сложную ловушку, но этого и не нужно, это работа Зифы. И нам нужно совершенствоваться. С каждым разом наши противники становятся сильнее, изощреннее, опаснее.
Я не был согласен со своим внутренним «я». Во мне существовала машина убийств, она только и ждала момента, чтобы выбраться на волю и утолить свою жажду. Моей задачей было не допустить этого, иначе, какой же я человек? Я могу стать лучше и без внутреннего «я». Еще меня немного пугало, что оно решило высказать свои мысли. Не думал, что оно способно на это.
— Кого я вижу! — раздался жизнерадостный голос. Я открыл глаз, огляделся. Говорил мужчина, только что вошедший в казармы.