Поняв, что сейчас ей ничего от наставника не добиться, Ризани сдалась и села за стол. Ей не составило труда найти подходящее издание, Карлайн перед уходом дал ей указания по расположению нужных книг в библиотеке. Так как его работа могла занять несколько дней, он также оставил ей книги не учебной тематики на случай если девочка сможет справиться так же быстро, как и в случае с изучением теории разрушения магических барьеров. Он счел это приемлемым поощрением, так как запасы кристаллов духа на данный момент были достаточно жестко ограничены и маг дал ей достаточно только для изучения чего-то одного.
Так как Ризани считала постыдным плохое знание собственного языка, она решила начать именно с него. Очистив разум от накопившихся эмоций и посторонних мыслей, она раздавила в руке податливый кристалл и поглотила его энергию, направив свои усилия на запоминание материала учебника. Текст был составлен грамотно, Ризани даже подумала, что автором книги мог быть и представитель рода драконов, написавший ее для того, чтобы посвятить в тайны драконьего языка кого-то из людей. Он мог бы показаться сложным для понимания, но тут уже сработала родовая память, до этого момента не желавшая раскрывать перед Ризани тайны ее наследия. Ее действие вместе с влиянием кристалла духа позволило драконице не только быстро запомнить алфавит и принципы составления слов и предложений в письменной форме драконьего языка, но и быстро изучить все это с практической стороны. Уже через пару часов Ризани закончила изучение обширного фолианта на несколько сотен страниц. Она несколько удивилась тому, с какой скоростью она не только запомнила и поняла все, что в нем написано, но и вообще тому, что она смогла его так быстро прочитать. Обычно за ней не наблюдалось подобных навыков скорочтения.
- Ладно… - Ризани задумчиво закрыла фолиант и поставила его обратно на полку. Маг предупредил ее обращаться с книгами предельно внимательно и осторожно, если она не хочет получить наказание, так что она решила сразу вернуть ее на место. – Кристаллов у меня больше нет, но Карлайн оставил список литературы для практики. Кажется, он еще сказал, что там в основном подходящие для моего возраста издания. Проверим.
Ризани приступила к чтению оставленных Карлайном книг. В основном это оказались сборники приключенческой литературы и сборники легенд из жизни знаменитых в прошлом драконов и людей. Из таких книг Ризани могла вспомнить разве что старую историю о Лириэле Черном Мече, которую она прочитала еще во времена своей жизни в горном монастыре пять лет назад. Здесь не было истории о Лириэле, но вот о множестве других знаменитых личностях империи более раннего периода сведений было вполне много. Особенно интересной для Ризани оказалась история о молодом принце правящего клана, который пожертвовал своим положением ради жизни со своей возлюбленной.
Мать принца была против такого брака, так как это могло пошатнуть хрупкий баланс сил между разными кланами драконов, которые и так с большим трудом признавали суверенитет правящего клана. Она прямо заявила сыну, что если он нарушит ее запрет, то он может больше не считать себя наследником и вообще частью клана, что было довольно серьезной угрозой с ее стороны. Драконы хоть и являются весьма независимыми личностями, но они также очень сильно связаны со своими кланами и родственниками. Молодой принц был подавлен, он несколько лет провел в добровольном изгнании вне двора своей матери, проводя больше времени с другими членами клана.
Особенно много времени он провел у своего дяди, который являлся великим герцогом и часто помогал империи своими военными талантами. Видя, какой свободный образ жизни ведет его дядя, молодой принц был возмущен большими требованиями к нему со стороны матери, в чем он получил горячую поддержку со стороны дяди. Его влияние на молодого принца постепенно росло и в итоге это привело к тому, что тот заявил матери о том, что он решил жить с возлюбленной. В ярости императрица отказалась от сына и лишила его всяких прав на престол. Она заставила его покинуть родовые земли и отправила в клан к его невесте, ради которой он решился на прямое неповиновение.