Она вошла, но не села. Её руки были сжаты в кулаки, а глаза полны решимости.
— Мы должны поговорить, — сказала она, её голос дрожал.
Лёша кивнул, но в его глазах читалась тревога.
— О чём? — спросил он, хотя уже догадывался.
— О нас, — ответила Карина. — О том, что произошло. О том, что мы сделали.
Лёша молчал, но его лицо стало ещё более бледным.
— Это была ошибка, — продолжила она, её голос стал громче. — Мы не должны были... мы не должны были быть вместе.
Лёша вздохнул, но не ответил.
— Мы предали своих близких, — сказала Карина, её голос дрожал. — Мы предали тех, кто погиб.
Леша, наконец, заговорил.
— Ты думаешь, я не знаю? — его голос был полон боли. — Я вижу их лица каждую ночь.
— Но это не меняет того, что мы сделали, — ответила Карина, её глаза были полны слёз. — Я больше не могу продолжать эти отношения.
Лёша посмотрел на неё, и в его глазах читалось отчаяние.
— Ты не можешь просто уйти, — сказал он, но его голос звучал неуверенно.
— Я должна, — ответила Карина, её голос был твёрдым. — Я не могу больше жить с этим.
Лёша молчал, но в его глазах читалась боль.
— Я потерял тебя, — прошептал он, но Карина уже повернулась к двери.
— Да, — ответила она, её голос был полон печали.
Глава 4: Новая катастрофа.
Прошёл год с момента той роковой аварии. Лёша вернулся к работе, но всё вокруг казалось другим. Аэропорт, который когда-то был для него вторым домом, теперь казался чужим и враждебным. Коллеги, с которыми он раньше шутил и делился историями, теперь смотрели на него с подозрением. Их взгляды были тяжёлыми, а разговоры — короткими и натянутыми.
Лёша шёл по коридорам аэропорта, его шаги были медленными, а глаза — опущенными в пол. Он чувствовал, как на него смотрят, как шепчутся за его спиной.
— Слышал, это из-за него тогда всё случилось...
— Да, он же был командиром.
— Как его вообще обратно взяли?
Эти слова доносились до него, но он старался не обращать на них внимания. Он знал, что его репутация испорчена, но не мог просто сдаться. Ему нужно было доказать себе и другим, что он всё ещё может быть лучшим.
Лёша стоял перед дверью кабинета начальника, его рука дрожала, когда он поднял её, чтобы постучать.
— Войдите, — раздался голос из-за двери.
Лёша вошёл. Кабинет был просторным, с большим окном, через которое виднелись взлётные полосы. Начальник, мужчина лет пятидесяти с седыми волосами и строгим взглядом, сидел за столом, уставленным бумагами и моделями самолётов.
— Садись, Лёша, — сказал он, указывая на стул.
Лёша сел, стараясь сохранять спокойствие.
— Ты уверен, что готов к этому рейсу? — спросил начальник, его голос был полон сомнений.
Лёша глубоко вздохнул, стараясь собраться с мыслями.
— Да, я готов, — ответил он, но в его глазах читалась неуверенность.
Начальник посмотрел на него, его взгляд был проницательным, будто он видел насквозь каждое его слово.
— Ты знаешь, что мы не можем позволить себе ещё одну ошибку, — сказал он, его голос был холодным.
— Я знаю, — ответил Лёша, но его голос дрожал.
Начальник кивнул, но в его глазах читалось сомнение.
— Хорошо, — сказал он, закрывая папку с документами. — Но помни, Лёша, это твой последний шанс.
Лёша кивнул, но в его глазах читалась боль.
Рейс "Белые крылья 312" готовился к вылету из Минска в Париж. На борту Airbus A320 находилось 180 пассажиров: семьи с детьми, бизнесмены с ноутбуками, туристы с фотоаппаратами и пожилые пары, направляющиеся в романтическое путешествие. Самолёт был заполнен до отказа, и в салоне царила предвзлётная суета. Стюардессы помогали пассажирам разложить багаж, раздавали пледы и подушки, а дети смеялись, глядя в иллюминаторы на взлётную полосу.
Лёша Волков, командир воздушного судна, сидел в кабине пилотов. Его руки лежали на штурвале, а глаза были прикованы к приборам. Рядом с ним находился молодой пилот Сергей Иванов, его помощник. Сергей был новичком в компании ответственный и талантливый пилот.