— Всё готово к взлёту, — сказал Сергей, проверяя последние данные на экране.
— Отлично, — кивнул Лёша, но его голос звучал отстранённо.
Самолёт начал движение по взлётной полосе. Лёша чувствовал, как двигатели набирают мощность, а самолёт начинает разгоняться. Через несколько секунд они оторвались от земли, и Минск начал исчезать внизу, уступая место бескрайнему небу.
Первые часы полёта прошли без осложнений. Небо было ясным, а приборы показывали, что всё идёт по плану. Лёша сидел в кресле командира, его руки лежали на штурвале, но мысли были далеко от работы.
— Всё в порядке? — спросил Сергей, заметив, что Лёша задумался.
— Да, всё в порядке, — ответил Лёша, но его голос звучал отстранённо.
Сергей посмотрел на него, но не стал настаивать. Он знал, что Лёша переживает не лучшие времена, но не знал, как помочь ему.
Через несколько часов полёта Лёша почувствовал, как напряжение накапливается внутри него. Он сидел в кресле командира, его руки лежали на штурвале, но мысли были далеко от работы. Взгляд его скользил по приборам, но он не мог сосредоточиться. Всё, что он видел, — это лица погибших, которые преследовали его каждую ночь.
— Я отлучусь на минуту, — сказал он, отстёгивая ремень безопасности.
Сергей, его помощник, посмотрел на него с лёгким удивлением, но не стал возражать.
— Всё в порядке, — кивнул он, не подозревая, что это будет роковой ошибкой.
Лёша вышел из кабины и направился в салон. Его шаги были быстрыми, но неуверенными. Он знал, что делает что-то неправильное, но не мог остановиться.
В салоне его ждала Анна, новая стюардесса. Она была молода, красива и явно заинтересована в нём. Её глаза светились игривостью, а улыбка была обманчиво невинной.
— Лёша, ты обещал показать мне что-то интересное, — сказала она, улыбаясь.
Он остановился перед ней, чувствуя, как его сердце начинает биться быстрее.
— Да, — ответил он, улыбаясь в ответ.
Они прошли в туалет, где их страсть затмила всё. Дверь закрылась за ними, и они оказались в тесном пространстве, где не было места для мыслей о прошлом или будущем.
Самолёт летел на высоте 10 000 метров, когда внезапно попал в зону сильной турбулентности. Небо, которое ещё несколько минут назад было ясным, теперь казалось угрожающим. Тёмные тучи сгущались вокруг, а ветер начал раскачивать самолёт, как игрушку.
В кабине пилотов Сергей, помощник пилота, напряжённо следил за приборами. Его руки крепко сжимали штурвал, а глаза метались между экранами, пытаясь понять, что происходит.
— Что это? — пробормотал он, заметив, как стрелки на приборах начинают бешено колебаться.
Самолёт резко тряхнуло, и Сергей едва удержался на месте.
— Лёша, где ты? — крикнул он в микрофон, но ответа не было.
Лёша и Анна находились в тесном пространстве туалета, где их страсть на мгновение затмила всё. Но внезапно раздался оглушительный удар, и самолёт резко тряхнуло. Они едва удержались на ногах, ухватившись за стены, чтобы не упасть.
— Что происходит? — испуганно спросила Анна, её голос дрожал, а глаза были полны ужаса. Она смотрела на Лёшу, ища в его взгляде ответ, но он уже бросился к двери.
Лёша не ответил. Его лицо стало каменным, а глаза — сосредоточенными. Он знал, что что-то пошло не так. Он резко открыл дверь туалета и выбежал в салон, где уже началась паника. Пассажиры кричали, дети плакали, а стюардессы пытались успокоить людей, хотя сами были напуганы.
Он бежал по салону, его сердце бешено колотилось, а мысли путались. В голове звучал один и тот же вопрос, который он не мог заглушить:
— Неужели снова? — думал он, чувствуя, как его сердце сжимается от ужаса. — Неужели опять?
Он вспомнил ту первую катастрофу, которая изменила его жизнь навсегда. Лица погибших, крики пассажиров, чувство вины, которое не отпускало его ни на секунду. Он думал, что сможет начать всё заново, что сможет доказать себе и другим, что он всё ещё может быть лучшим.
Но теперь, когда самолёт снова начал терять высоту, он понял, что это наказание. Наказание за его безрассудство, за его эгоизм, за то, что он снова поставил свои желания выше жизни других людей.