— Я знаю, — Лёша опустил глаза. — Я постараюсь быть чаще дома.
— Ты всегда так говоришь, — она вздохнула и повернулась, чтобы уйти.
Лёша хотел что-то сказать, остановить её, но слова застряли в горле. Вместо этого он взял с тумбочки часы и надел их на запястье. Сегодняшний вечер был для него не просто корпоративом. Это был шанс сбежать от реальности, почувствовать себя снова живым.
Когда он вышел из квартиры, холодный воздух ударил ему в лицо. Лёша остановился на мгновение, глядя на заснеженные улицы Минска. Город был прекрасен зимой — огни гирлянд, снег, который искрился под фонарями, тишина, нарушаемая только редкими голосами прохожих. Но сегодня он не замечал этой красоты.
Он знал, что сегодняшний вечер может изменить всё. Корпоратив в честь Международного дня гражданской авиации — это не просто праздник. Это возможность забыть о проблемах, о семье, о той пустоте, которая всё чаще появлялась в его жизни.
Лёша сел в машину и завёл двигатель. В голове звучал голос Ольги, её слова о том, что Аня скучает по нему. Но он отгонял эти мысли. Сегодня вечером он будет другим — свободным, смелым, тем, кем он всегда хотел быть.
Роскошный зал одного из лучших отелей Минска был словно сошедший со страниц сказки. Высокие потолки, украшенные хрустальными люстрами, отражали мягкий свет, который разливался по всему помещению. Стены были декорированы гирляндами из золотых и серебряных шаров, а на них висели плакаты с изображением самолётов, взмывающих в небо, и лозунгами, напоминающими о важности авиации: «В небе мы едины», «Авиация — это будущее», «Спасибо за вашу работу».
В центре зала стоял огромный макет самолёта, сделанный изо льда, который медленно таял под тёплым светом прожекторов. Вокруг него кружились пары, танцующие под звуки живого оркестра. Музыка — лёгкая, ритмичная, с нотками джаза — заполняла пространство, смешиваясь с весёлым смехом и звоном бокалов.
Коллеги, одетые в свои лучшие наряды, выглядели так, будто сошли с обложек глянцевых журналов. Женщины в вечерних платьях, мужчины в строгих костюмах — все они казались частью одного большого праздника, где каждый был звездой.
Карина вошла в зал одной из первых. Её каблуки мягко ступали по блестящему паркету, а чёрное платье, облегающее фигуру, словно растворялось в полумраке зала, освещённого лишь мягким светом люстр. Она подошла к барной стойке, где бармен с ловкостью фокусника наливал шампанское в хрустальные бокалы. Взяв один из них, она обернулась, чтобы окинуть взглядом зал.
Её зелёные глаза скользили по лицам коллег, смеющимся, разговаривающим, поднимающим тосты. Но её внимание почти сразу же привлекла группа людей у дальнего конца бара. Среди них выделялся он — Алексей Волков, или просто Лёша, как его называли друзья. Он стоял, слегка наклонившись вперёд, рассказывая что-то с таким азартом, что его собеседники то и дело взрывались смехом. Его тёмный костюм идеально сидел на нём, а белоснежная рубашка подчёркивала его спортивную фигуру.
Лёша заметил её взгляд. Он прервал свою историю, слегка повернув голову, и их глаза встретились. На его лице появилась лёгкая улыбка — та самая, которая всегда заставляла Карину чувствовать себя немного неуверенно, но в то же время притягивала, как магнит. Он кивнул ей, словно приглашая подойти, но Карина лишь слегка улыбнулась в ответ, сделав глоток шампанского.
— Карина, ты сегодня выглядишь потрясающе, — произнёс Лёша, подходя к ней. Его голос был мягким, но в нём чувствовалась лёгкая нотка игривости, которая заставила Карину слегка смутиться. Он остановился перед ней, и его серые глаза, обычно такие спокойные, сейчас казались пронзительными, будто видели её насквозь.
Карина знала его не только как коллегу. Она иногда летала на его борту, когда он был командиром воздушного судна. Она помнила, как он всегда держался уверенно, даже в самых сложных ситуациях, как его голос, спокойный и твёрдый, успокаивал пассажиров во время турбулентности. Она видела, как он шутил с экипажем, как его улыбка могла разрядить любую напряжённую обстановку. Но сейчас, стоя перед ней, он был другим — более близким, более личным.
— Спасибо, Лёша, — ответила она, чувствуя, как её щёки розовеют. Она опустила взгляд, будто пытаясь скрыть своё смущение, но Лёша не дал ей этого сделать.
Они начали разговаривать. Сначала о работе, о коллегах, о празднике. Карина рассказывала о последнем рейсе, о том, как пассажиры благодарили её за терпение, а Лёша делился забавными историями из своей лётной практики. Их разговор был лёгким, непринуждённым, но с каждым словом напряжение между ними росло.