Глава 2: Рейс Minsk-Istanbul.
Рейс "Белые крылья 247" готовился к вылету из Минска в Стамбул. Утренний аэропорт был заполнен суетой: пассажиры с чемоданами и рюкзаками спешили к своим выходам, голоса наземного персонала сливались в общий гул, а где-то вдалеке слышался рокот двигателей самолётов, готовящихся к взлёту.
На борту Airbus A320, который должен был доставить 150 пассажиров в Стамбул, царила предвзлётная подготовка. В салоне стюардессы проверяли последние детали: раскладывали пледы, поправляли подушки, проверяли, всё ли на своих местах. Карина Соколова, одетая в безупречную форму с голубым шарфом, улыбалась пассажирам, помогая им найти свои места. Её зелёные глаза светились привычной доброжелательностью, но внутри она чувствовала лёгкое волнение. Этот рейс был особенным — на нём летел Лёша.
В кабине пилотов царила спокойная деловая атмосфера. Алексей Волков, командир воздушного судна, сидел в левом кресле, его руки уверенно лежали на штурвале. Его серые глаза были сосредоточены на приборах, а голос, спокойный и твёрдый, отдавал чёткие команды. Рядом с ним сидел молодой пилот Игорь Петров, его помощник. Игорь был новичком в компании, но уже успел зарекомендовать себя как ответственный и талантливый пилот.
— Погода в Стамбуле обещает быть хорошей, — сказал Игорь, просматривая данные на планшете.
— Отлично, — кивнул Лёша, не отрываясь от приборов. — Главное, чтобы не было турбулентности.
За дверью кабины Карина заканчивала последние приготовления. Она прошлась по салону, проверяя, все ли пассажиры пристегнули ремни. Её взгляд случайно скользнул в сторону кабины пилотов, и она на мгновение задержалась на двери, за которой сидел Лёша. Она знала, что сегодняшний рейс будет особенным.
— Дамы и господа, добро пожаловать на борт рейса "Белые крылья 247", направляющегося в Стамбул, — раздался голос Лёши по громкой связи. Его голос был спокойным и уверенным, как всегда. — Время в полёте составит примерно три часа. Мы желаем вам приятного полёта.
Самолёт начал движение по взлётной полосе. Карина заняла своё место, пристегнув ремень. Она закрыла глаза, чувствуя, как двигатели набирают мощность, а самолёт начинает разгоняться. Через несколько секунд они оторвались от земли, и Минск начал исчезать внизу, уступая место бескрайнему небу.
В салоне царила спокойная атмосфера. Пассажиры, среди которых были семьи с детьми, бизнесмены с ноутбуками и туристы с фотоаппаратами, занимались своими делами. Кто-то читал, кто-то смотрел фильмы, а кто-то просто наслаждался видом из окна.
Карина и её коллеги начали разносить напитки и закуски. Она улыбалась пассажирам, отвечала на их вопросы, но её мысли были далеко от работы. Она знала, что Лёша где-то рядом, за тонкой стенкой кабины, и это заставляло её сердце биться чаще.
Лёша и Игорь сидели в кабине пилотов, их глаза были прикованы к приборам, которые мерцали мягким светом. За окном простиралось бескрайнее ясное небо, окрашенное в нежные оттенки голубого и розового — закат уже начинал разливаться по горизонту. Полёт проходил без осложнений, и это было именно то, что Лёша любил больше всего: ощущение полного контроля, когда каждый прибор, каждый сигнал подтверждал, что всё идёт по плану.
— Всё идёт по плану, — произнёс Игорь, не отрывая взгляда от экрана. Его голос был спокойным, но в нём чувствовалась лёгкая нотка гордости. Молодой пилот явно наслаждался моментом, когда он мог доказать свою компетентность.
— Отлично, — кивнул Лёша, его руки лежали на штурвале, но он почти не прикладывал усилий — автопилот справлялся с управлением. — Держим курс.
Однако, несмотря на внешнее спокойствие, мысли Лёши были далеко от приборов и неба. Он знал, что Карина где-то рядом, за тонкой стенкой кабины. Она была там, в салоне, среди пассажиров, улыбаясь, помогая, делая свою работу с той лёгкостью, которая всегда завораживала его. Он представлял, как она проходит между рядами кресел, как её голос звучит по громкой связи, как её руки поправляют пледы на коленях пассажиров.
Это знание — что она рядом — заставляло его сердце биться чаще. Он чувствовал себя живым, как будто каждый её взгляд, каждый её шаг наполнял его энергией. Но вместе с этим приходило и чувство тревоги. Он знал, что их связь опасна, что рано или поздно всё может раскрыться. Но в этот момент, когда небо было таким ясным, а полёт таким спокойным, он позволял себе забыть обо всём.