Я тряхнула головой, отгоняя суеверный ужас, навеянный этой легендой. Закрыла глаза и постаралась вздохнуть полной грудью, чувствуя, как тяжесть сна давит на мои веки.
Дневной свет едва пробивался сквозь плотные портьеры, когда резкий, но знакомый голос вырвал меня из полудремы.
- Ну ты вылитая Снежная Принцесса, — голос брата, Этьена, заставил меня вздрогнуть и, наконец, открыть глаза. — Пора, сестрица-красавица, карета нас ждет.
Я попыталась привести в порядок мысли и сбивчивое дыхание, вызванное не только испугом от внезапного пробуждения, но и давлением тугого корсета.
- Главное, чтобы Лорд Ночи не появился, мой дорогой царственный брат, — ответила я, стараясь, чтобы улыбка не выглядела слишком натянутой.
Этьен, который всегда умел превращать любую угрозу в фарс, тут же принял «серьезное выражение лица». Он подошел к камину, театрально схватил кочергу и сделал несколько решительных, фехтовальных выпадов в сторону воображаемого врага.
Эта абсурдная сцена оказалась слишком комичной, и я не выдержала — разразилась смехом, который тут же заглушил тесный шелк платья.
- Не волнуйтесь, прекрасная Снежная госпожа и сестра моя, — с поклоном произнес брат, возвращая кочергу на место и протягивая мне руку. — Я защищу вашу честь от любого Лорда Ночи.
Так, с трудом сдерживая улыбки при каждом взгляде друг на друга, мы дошли до кареты.
Дворец, роскошный дар Правителя столичному Оперному театру, в темноте поздней осенней ночи сиял тысячами огней, словно манящий маяк тепла, смеха и интриг. Карета мягко дернулась и остановилась прямо напротив широкой беломраморной лестницы.
Этьен помог мне выйти, придерживая за локоть, и мы поднялись по ступеням. Едва я вошла в залитый светом огромный холл, как на мгновение зажмурилась от резкой яркости, а почти сразу же меня пронзил звонкий, восторженный голос:
- Леди Тэаринна! Я так рада вас видеть! Ведь сегодня вечер вашего дебюта, не так ли?
От неожиданности я распахнула глаза и увидела перед собой Лиару. Она была воплощением совершенства: серебристо-белое платье, диадема из лунного металла и ожерелье из великолепнейших, прозрачнейших бриллиантов. Изящно уложенные волосы и безупречное лицо делали ее истинной Снежной Принцессой. По сравнению с леди Ноэ Альен, я казалась лишь бледным подобием той сказочной героини.
- Я тоже безумно рада вас видеть, леди Лиара! — воскликнула я, и мы обменялись поцелуем в воздухе примерно в дюйме от щек друг друга.
- Вы просто холодно-прекрасны, леди Лиара, истинная Снежная Принцесса, — тут же вставил брат. Этьен поцеловал воздух в нескольких миллиметрах над ее протянутой рукой с подчеркнуто вежливой улыбкой и неестественной учтивостью.
- О, — ледяная красавица поправила складки на платье, раскрыла веер и сделала несколько неспешных пассов рукой, словно смутившись комплиментом. — Вы стали так любезны, дорогой Этьен. Вижу, вы сильно изменились после нашей последней встречи.
- Вы же знаете, все дети любят шалить, — Этти продолжал улыбаться, но в глазах его промелькнула стальная жесткость. — Однако с тех пор я вырос. Впрочем, положение милорда Ноэ Лиссэ, ин-ар-конта Кардарии, обязывает меня вести себя соответственно среди людей нашего круга. Как и ваше положение ун-эр-контессы Ноэ Альен.
Меня слегка удивило, что брат счел нужным упомянуть свой полный титул наследника нашего дома, а также то, что Лиара была младшей, ненаследной дочерью знатного рода Альен. Но я лишь продолжала мило улыбаться, делая вид, что мы обсуждаем самую невинную летнюю погоду.
- Конечно, — Лиара ответила на этот изысканный выпад, едва заметно нахмурившись. — Я рада, что вы осознали всю серьезность вашего будущего положения в обществе.
Брат снова сделал жест прощания, поцеловав воздух у ее руки, я слегка присела в реверансе, и мы удалились, оставив Лиару наедине с ее нескрываемой яростью.
- Славно ты ее, — прошептала я брату, как только мы отошли на достаточное расстояние.
- Ну, дорогая сестра, таким, как она, необходимо периодически напоминать об их месте, — он обернулся ко мне и хитро подмигнул, сбрасывая с лица маску светской вежливости. — К тому же, я не смог устоять перед соблазном отомстить ей за наши детские обиды.