Ненависть — побочный эффект боли. Ты начинаешь ненавидеть все, включая самого себя. Но. Ненависть к самому себе не сравнится ни с чем. Ты ведь даже не знаешь, почему ненавидишь себя. У тебя нет даже ответов, почему все, что есть — это утверждения. Как не старайся, тебе не удастся найти ответы, ты просто будешь ненавидеть. Ты просто ненавидишь себя, за свое существование, за то, что ты просто есть. Тебе противно смотреть на себя. Каждый твой вздох заставляет тебя еще больше ненавидеть себя.
— Я по-твоему Оракул, чтобы знать ответ, м? — смотря на едва заметное серебряное сияние, лепечет Грейс.
Вольно мыслить — это привилегия не для смертных. Увы, Талия не входит в число тех, кто может вольно мыслить. Каждая её мысль под контролем, она не может позволить себе мыслить так, как ей захочется. Она вынуждена держать мысли под контролем, чтобы остаться в живых. Для неё уже много лет нет вольного мышления. Дочь Зевса всегда знала что такое лишение свободы. Но. Никогда ей не угрожали за её мысли, которые она в праве размышлять так, как ей захочется.
Грейс вновь чувствует, как прошлое накрывает её, как оно не дает ей сделать вдох. Прошлое вновь пытается захватить над ней контроль. «Нет, нет. Нет, только не это… Пожалуйста» — едва слышно шепчет девушка, боясь что прошлое вновь охватит над ней власть.
— Эй Талия, ты чего? — смотря в тускнеющие голубые глаза, спрашивает Астрей.
Впервые в жизни шатен видит, как сознание, в прямом смысле, покидает человека. Глаза, в которых несколько минут назад горел яркий огонек, молнии что озаряли ночное небо, погасли, а вместе с ним и жизнь в этих очах. Очи, в которых вечно горел яркий огонь, который ничего и никто не сумел погасить.
— В-все нормально, — отгоняя прошлое, едва слышно, шепчет Грейс.
Как же это сложно. Как же это больно. Понимать, что ты не в силах справиться с прошлым. Однако, можно ли осуждать Талию за это? Ведь именно в прошлом она была счастлива. Именно тогда она могла беззаботно улыбаться, даже когда висела на волоске от смерти. Что же у нее есть сейчас? Верно: ничего, ровным счетом ничего. Она совсем одна. И сестры по оружию не заменят тех кто был рядом столько лет.
— А вот у меня нет, — так же тихо, как и дочь Зевса, шепчет шатен.
Взгляд его серых очей, словно наполнился тьмой. Всепоглощающей тьмой. Однако, это не так, ведь это всего лишь страх. Правда странно, он только что убил страх, а он вновь рядом. Кажись, судьба издевается над ним, как только может и захочет. Так сильно издевается, что желает отобрать у него жизнь, как иначе объяснить алую жидкость, что Астрей лицезреет на своих тонких пальцах.
========== Храм лунной богини. ==========
Любое обстоятельство — это вызов. И если ты его не принимаешь, значит, ты уже мертв.
Жизнь до безумия похожа на игру, однако, у неё есть отличия, что в корне ломает всю прелесть компьютерных игр.
Нельзя сохраниться.
У тебя всего одна жизнь.
Невозможно начать сначала, если что-то пошло не так.
Три основных фактора, что отличают жизнь от игр, но как же было бы просто, если эти три пункта были в жизни. Сколько потерь и ошибок можно было бы избежать. Однако боги решили не давать смертным таких прелестей, ведь будет неинтересно наблюдать за всем с великой горы, ведь надо как-то коротать свои бесконечные и бессмысленные дни чертовой жизни. Вот только это можно делать иными способами, однако, Олимп так не считает, может это одна из причин Луки и восстания против богов? Если же посмотреть на все с иной стороны, можно понять богов. Ведь если дать смертным привилегии бессмертных, они свергнут Олимп и станут сами править землей. Но. Ведь можно держать столь хрупкое равновесие, дабы все были в выигрыше.
«Ты должен быть сильней, чем тьма. Загляни вглубь себя и ты сумеешь найти там своё сияние, что спасет жизнь.» — вновь столь дивный шепот. Шепот, что дает надежду на жизнь, которую так сложно удержать, не утратить. Однако этот шепот вызывает чувство страха, хочется убежать и не слышать его. Ты задаешься вопросом откуда? Тебе неизвестно, кому принадлежит этот тихий, но властный голос? Все, что ты можешь делать — ждать, когда обладатель решит явить свой лик, дабы ты сумел узнать.
Тьма сгущается над сознанием полубога, и как бы он не старался —не может найти выход. Нет ни одного луча, что мог бы подарить надежду, что так необходима в столь тяжелый момент. Однако, все, что есть у Феррера — обрывки из прошлого, образ, который отпечатался в разуме, что даже через сотни лет Астрей будет помнить этот образ. Он не в силах забыть столь яркие глаза, цветочный аромат, теплую улыбку, что всегда была на её устах. У каждого человека есть лик, который он не в силах забыть, этот образ может принадлежать кому угодно, пускай даже человеку из сна, но образ будет преследовать его вечно, не желая исчезнуть.
«Прошу тебя, открой глаза. Прошу» — этот голос, что Астрей мечтал услышать на протяжении нескольких лет. Голос, что словно колыбель, как музыка для его ушей. Неужто яд Энио был так силен, что сумел вытащить из глубин его разума столь дивный голос? Или же это его самый большой страх? Страх, что это он последний раз слышит этот голос, неужто гараия сумела узнать ту боль, что пожирает его изнутри? Что бы то ни было, полубог открыл свои серые очи, и все, что он увидел — тьма и яркий костер, что горел в нескольких метрах от него.
— Талия, скажи, что ты тут, и это не проделки моего воображения. — шепчет юноша, поднимаясь на локти. Однако, это была плохая идея, ведь все его тело пронзает адская боль. С уст сероглазого срывается стон боли, ветер подхватывает звук и уносит его вдаль, относя к чужим ушам, что позже будут искать источник звука, но не сумеют его найти, ведь Астрей за сотни километров от них.
— Хотела бы сказать, но увы не могу. — где-то совсем близко раздается тихий шепот дочери Зевса. Голос у неё грубый, в нем нет никаких эмоций, словно она — кусок льда, которому даровали жизнь.
— Слава богам, я уж думал, что вовсе сошел с ума. — Астрей скользнул взглядом по местности, однако, этого места он точно не знал и даже не видел. Что же, если Грейс — маньяк, и хочет убить его? Однако, если это было бы так, девушка уже сделала это и не стала тащить его не пойми куда, а убила на том же месте, где на них напали гарайи, не так ли? — А где мы вообще находимся?
— Кажется, ты совсем слепой и тупой, — почти шипит Талия, поднимая взгляд своих очей на небосвод, её взору тут же предстало созвездие Ночной Тени, что отдала свою жизнь за друзей и родных. — Мы у храма богини Артемиды. — стоило девушке произнести эти слова, как ночное небо озарила яркая вспышка, а с небес начали падать слезы.
Комментарий к Храм лунной богини.
Хочу сделать некое заявление, наверно.
Ну, я почти дописала этот фик. Дело в том, что у меня появился некий страх выкладывать части на сайт, мне кажется, что они ужасны, и совсем никому не понравятся. Я не знаю, с чем это связанно, может это новая фобия, но меня это до безумия бесит, я пишу уже 13 часть, но не могу их выложить потому что мне страшно, очень. Так страшно, словно я пишу первый фик, я порошу вас прощения за то, что части по фику выходят так редко, ибо я должна пересилить себя. Надеюсь вы поймете меня и простите.
========== Тихие шаги. ==========
Страх. Астрей всегда чувствовал, как страх шагает за ним, не отходя ни на шаг.