Она быстро подходит ко мне и толкает меня в грудь. Я еще успеваю сообразить, что за моей спиной — столик, на котором находится оплодотворенная яйцеклетка. В попытке удержаться на ногах я цепляюсь за стол и… смахиваю все, что на нем находится. Это «все» с грохотом падает и разбивается.
— Вы… вы… что вы наделали? — кричу.
— Это ты наделала! — склоняется ко мне незнакомая женщина. Некоторое время она смотрит на меня насмешливо. Потом выпрямляется:
— Альбина, как договаривались… — говорит лежащей в кресле девушке.
Та кивает и начинает плакать навзрыд. Женщина уходит, а я, до этого момента сидевшая на полу среди стекляшек, подскакиваю на ноги и мчусь за ней. Распахиваю дверь и врезаюсь в Виктора Павловича.
— Господи! Что происходит? — он хватает меня за плечи, потом за спину мою смотрит. — Полина?! Ты что натворила? — отодвигает меня в сторону и входит в кабинет. Альбина громко и, как мне кажется, слишком театрально рыдает.
— Она… Она специально это сделала! — тычет в меня пальцем и еще сильней начинает реветь.
— Дура! — кричит на меня Виктор Павлович. — Что ты натворила? Я труп!
— Выслушайте меня, пожалуйста! — прошу. — Тут незнакомая женщина была, она… меня толкнула, и я упала. Я не виновата! Спросите у нее, — указываю на Альбину.
— Лжет! Тут никого не было! — отвечает та.
Дверь в кабинет открывается с грохотом, и заходит мужчина — высокий, широкоплечий, в черной водолазке и синих джинсах. Поднимаю на него глаза и ужасаюсь. Он в ярости.
— Какого хуя тут происходит? — рычит низким голосом.
Я начинаю как будто уменьшаться от его дьявольской энергетики.
— Дамир Тигранович… — произносит Виктор Павлович, и я вижу ужас на его лице. Альбина рыдает еще громче.
— Заткнись! — рявкает мужчина на нашу пациентку. — Отвечай! — смотрит на врача.
— У нас произошло ЧП… По вине этой девушки, — говорит Виктор Павлович и кивает в мою сторону.
Мужчина переводит на меня взгляд. Его серо-голубые глаза холодны, а брови грозно сведены.
— Я… я… не виновата… — отвечаю вдруг осипшим голосом ему. Он опускает взгляд на осколки и, кажется, начинает звереть.
— Дамир Тигранович, боюсь… у нас больше нет шанса сделать вас отцом. Во всяком случае… — мямлит Виктор.
Я не даю ему договорить.
— Послушайте, — обращаюсь к мужчине. — Тут была какая-то женщина. Она меня толкнула, и я упала на столик, задев все его содержимое. Я правду говорю. Ваша девушка все сама видела. И она молила меня, чтобы мы ей ЭКО не делали. Правда! — говорю все на одном дыхании.
Он снова смотрит на осколки, и его кулаки сжимаются так, что белеют костяшки. Делает два шага ко мне, хватает за волосы и рывком притягивает к себе.
Мне очень больно. Кажется, в его руке вот-вот останется клок моих волос
— Ты пожалеешь, сука, что лишила меня единственного счастья в моей жизни! — опаляет меня своим дыханием.
Мои колени начинают дрожать.
— Дамир… — подает голос Альбина.
— Варежку захлопни! Ты больше мне не нужна! — отвечает ей, а смотрит на меня.
— Отпустите, мне больно! — пищу, а потом начинаю икать. — Ик!
— Ты пожалеешь о том, что натворила, дрянь! — дергает меня к выходу.
Я начинаю биться и плакать:
— Помогите!
Он выволакивает меня из кабинета и швыряет в руки двух громил.
— В багажник ее! — отдает приказ.
— Хорошенькая, — говорит один из них и трогает мою грудь.
— Нет! Отпустите!
Брыкаюсь из последних сил, пока не получаю по лицу. Во рту мгновенно появляется привкус крови. Меня тащат по коридору к запасному выходу, а потом и на улицу вытаскивают, на мерзлый снег. Мороз начинает покусывать мои ступни через белые носки. Больничные туфли слетели с моих ног, пока они меня тащили. И теперь я разута.
— Пожалуйста, отпустите! Я не виновата! Молю!
— Молить будешь Ворона, а у меня можешь пососать, — гогочет один из них. Они открывают багажник черной иномарки и запихивают меня туда.
— Отдыхай, крошка! Возможно, нам дадут с тобой поиграться и попробовать все твои дырочки.
Они хлопают крышкой багажника, и я остаюсь в темноте и в холоде.
Глава 2
Полина
Меня везут долго. Всю поездку я кричу и бью по багажнику в надежде, что хоть кто-то услышит мои мольбы.
Мне холодно… Так холодно, что зуб на зуб не попадает. Наконец, машина сбавляет ход и останавливается.
Ухватив рукой баллончик, который нашла на ощупь в багажнике, я готовлюсь к атаке.
Прислушиваюсь к мужским голосам. Кто-то несколько раз бьет по багажнику рукой. Я вздрагиваю.