– Иллюзия? Глупо.
Шут, которому достаточно было лишь взлететь еще немного выше, чтобы не попасть под первую атаку Незримых, и сам ударил. Понимая, что невидимость дает его врагам преимущество, удар был нанесен по площади, чтобы уж наверняка. Сотни зародившихся по краям намеченной Шутом сферы молний ударили по направлению к ее центру. Расчет был прост – среди множества траекторий найдутся и те, которые приведут некоторые из разрядов точно в цель.
И привели! Ощущение присутствия Незримых сменилось на смутные контуры, к тому же сейчас корчащиеся от сильной боли. Жаль только, что боль и серьезный урон для здоровья не всегда идентичны. Вот и сейчас противники просто переместились в пространстве, просочившись через еще недостаточно плотные барьеры вокруг них.
Не удовлетворившись этим, помощник Артаса вернулся на грешную землю и рванулся в ближний бой, уже на ходу доставая алебарду, опасно отсвечивающую темной энергией. Теперь местонахождение врагов не было тайной – следы боли, опасения, просто энергии этих существ давали возможность отслеживать.
А вот звери, созданные Гесуто из артефактов, в схватку вступать не торопились, зато сам посланец Фрейи с удовольствием присоединился к союзнику, отражая чужую магию катаной, и не пытаясь слишком уж активно атаковать.
– Вы не нападаете в полную силу, Шут. Боитесь уничтожить наших противников раньше времени?
– Подумываю о том, чтобы вообще их не уничтожать. У экселенца куча вопросов, которые он был бы рад задать этим ребятам. Убить было бы хорошо, но их количество… – гибкие жгуты силы хлестали Незримых, обжигая их, раня, заставляя постепенно замедлять перемещения сквозь пространство. – Убив эту парочку, мы мало чего достигнем.
От вонзенной в землю алебарды хаосита рассыпались зеленые искры, сплетшиеся в сеть вокруг одного из Незримых. Но противник вновь просочился сквозь нее… не получив повреждений, достаточных для полной нейтрализации.
– Боюсь, они недостаточно материальны для подобных ловушек.
– Значит, надо сделать их более материальными.
– Верно, Гесуто. Эти существа стали действовать более искусно, чем во время битвы за Лофта. Хотя и уровень противников у них теперь другой.
Гесуто быстро оглянулся и взмыл в воздух, не забыв и Шута выдернуть из эпицентра событий. Звери, о которых в горячке боя все уже позабыли, наконец-то заняли предназначенные для них позиции. Сияние охватило каждую из бывших статуэток, соединив их с остальными тончайшими лучами белоснежного огня. Незримые, оказавшиеся как раз на пересечении диагоналей получившегося квадрата, приняли видимое воплощение, преобразившись в две антропоморфные, хоть и сложно различимые фигуры. Энергия, вложенная в артефакты, иссякла, и звери вновь превратились в крошечные серебристые фигурки.
– Неплохо! – Шут, уже самостоятельно контролирующий свой полет, мгновенно сплел новую сеть. Искрящаяся черными бриллиантами пересечений, сверкающая алыми тончайшими нитями, она была близка к совершенству. И, накинув ее на уже видимых противников, помощник Артаса ожидал гарантированного успеха.
Так бы и случилось, но… Один из Незримых что-то прошептал, но этот шепот мог оглушить вернее сходящей с гор лавины. Звуки сплетались в крик. Крик переходил в силу, сила оформлялась в заклятье. И оно ударило… Не по сети, а по его собрату, выворачивая того наизнанку, разрывая на части, выпивая саму суть существа.
– Какого…
Шут не успел договорить, точнее, ему стало ну совершенно не до слов. Вместо успешного окончания боя и последующего захвата ценного трофея ситуация серьезно поменялась. То самое, что обнаружил Рисовальщик, начало пробуждаться. Толчком послужила та самая сила смерти, сила жертвоприношения. Прореха в ткани бытия расширилась и сквозь нее взглянула обещанная Никсаром Бездна. Все активные заклятья рассыпались сверкающим каскадом.
Сила… Сейчас Шут понимал, что уровень Незримых очень, очень серьезен. Если по отдельности их можно было прижать, то собравшись в кучу или воспользовавшись смертью одного из своих… Артас был прав, с ними надо было покончить в кратчайшие сроки. Он попытался заново сплести расползающуюся, трещащую по швам сеть, но было уже поздно. Оставшийся Незримый, воспользовавшись представившимся случаем, выскользнул из мира через приоткрывшийся и тут же закрывшийся ход.
– Дерьмо!
Шут озлобленно метнул ему вслед косматый клубок темного пламени, но это уже ничего не могло изменить. Трофей, вроде бы уже почти пойманный, ушел, оставив «в наследство» лишь практически дематериализованные останки своего собрата. Прок с них если и будет, то так себе, средненький.