Интегрирование в общество шло полным ходом. Староста затащил меня на общую тренировку своего, как он выразился, "элитного эскадрона".
Манекен с моей стрелой в узкой полоске визора неспешно подкатилась к огневой позиции и послушно замер. Его железная броня толщиной в несколько сантиметров была насквозь пробита в нескольких местах, там, где я тестировал Золотую Стрелу — самую распространённую "технику" лучников Света. Сила возвращалась. После боя с китайцами пропускные способности энергетических каналов возросли кратно, сделав доступным весь привычный арсенал полноценного Ветерана.
Титановая стрела вернулась в колчан — разбрасываться сделанными на заказ снарядами было непрактично. Уложив стрелы и разобранный лук в спецконтейнер, я присел на ближайшую скамейку и посмотрел на новых товарищей.
Савелий как раз демонстрировал интересную разновидность стрельбы по-македонски. С кувырками, сменой позиции и театральными перезарядка и за импровизированным укрытием. Из старинных, ручной работы, револьверов.
Парень буквально танцевал на выделенной ему полосе, поливая огнём выскакивающие мишени. Отточенные и выверенные движения рук, ног и тела завораживали своей плавностью, кадет словно гипнотизировал своего воображаемого противника, делая это так качественно, что страдали даже невольные зрители этого действа. "Техники" то чередовались с обычными выстрелами, то следуя подряд.
Используемая им стихия Огня подходила для такого оружия как нельзя лучше — точечные взрывы в месте попаданий гарантировали поражение любой высокобронированной цели, так как имели кумулятивный эффект.
— Мир изменился, внук. Я даже не предполагал насколько. Он был бы сильным противником.
— Возможно. Всё зависит от расстояния. Да и арсенал "техник" для огнестрельного оружия пока ещё весьма слаб. Только огневики и могут похвастаться чем-то серьёзным. — согласился я с дедом и переключился на ещё одного Одарённого Стрелка возле следующей огневой позиции.
Диего дель Кастильо, потомственный конкистадор, кастилец по происхождению и русский по рождению, неторопливо заканчивал…забивать пыж. Стилизованный под старину кремневый мушкет и ориентированные на него родовые "техники" в паре давали превосходный результат — потому что Диего мог уверенно поразить цель на расстоянии до полутора километров. И сопроводить пулю довеском из нескольких Рун.
Об этом мне рассказал Лёха, в очередной раз выступив источником бесценной информации. Кастильо вскинул тяжеловесный мушкет легко и непринуждённо, с металлическим щелчком взвёл курок и выстрелил.
Оглушительный грохот соответствовал скорее пушечному калибру, как впрочем и результат выстрела. В расположенный в сотен метров от позиции манекен угодило сжатое до размеров мужского кулака светящееся фиолетовое ядро. Цель разорвало на мелкие куски. Не разбросало. Только разорвало. Горстка металлических деталей простояла ещё мгновение и осыпалась на постамент, превратившись в приличных размеров кучу.
— А такое я видел. Крепостная стена обзавелась знатной дырой и мы ворвались в крепость там, где нас вовсе не ждали. Полезно иметь такого человека в друзьях. — вновь влез в мои мысли дед и недовольно закряхтел: — А ты меня не порадовал. Я рассчитывал, что мой внук будет способен на большее.
— Твой трактат частично пострадал и моё обучение не завершено полностью. С твоей помощью я смогу наверстать упущенное время и стать сильнее. Разве не так, сенсей?
— Всё верно, Леон. Я говорил о другом. Те китайцы… — Дед замялся, подбирая слова, прежде чем разразился долгой тирадой: — Ты проиграл свою схватку. Одолел двоих, но уступил третьему. И не говори мне ничего про их ранги! Ты должен был одержать верх!!! У тебя для этого достаточно знаний и навыков, но вот распоряжаться ими ты не умеешь! Быть Воином не значит уметь побеждать или убивать. Это Путь. Долгий и сложный, для постижения которого необходимо в первую очередь познать себя и суметь воспользоваться всем, что тебе доступно!
Дух замолчал, давая мне время переварить информацию. Прилежный Ученик засыпал бы Учителя вопросами. А я не любил получать знание, которое не могу тут же опробовать в действии.
***
Часть "элитного эскадрона" уже отстрелялась и паковала винтовки, оставив чистку оружия до лучших времён. Четверо юношей тихо переговаривалась, обмениваясь результатами стрельб, и не заметила моего приближения.
— Калашников, братья Харальдсоны и Нигматуллин, всё верно?
— Всё верно, Хаттори Леон. Я — Дмитрий Калашников, это братья Кнут и Свенельд Харальдсоны… — протянул мне руку русый и кучерявый парень лет шестнадцати на вид, второй указывая каждого представленного им человека.