— Понимаю. В моём мире людей тоже заставляли самих покупать ошейники и намордники.
— Ха, представляю эту картину. — Кара едва заметно улыбнулась. — Сначала я думала что всё не так уж плохо. В приюте кормили, из–за проклятия монахи меня не трогали, это остальных девочек и мальчиков каждую ночь таскали по кельям. Я мечтала, как стану телохранительницей, девой–рыцарем. Но однажды настоятель напился и разоткровенничался. Я тоже должна была стать наложницей, только особенной. Мертворожденную можно подложить под того, кого убивать нельзя, но выгодно лишить будущих наследников. Меня бы продали в Столицу и использовали для интриг. И тогда я его убила. Вспорола ножом его жирное брюхо…
— Подожди… Ты ведь говорила что ударила в спину?
— И в спину. И в горло. И в глаз… Била пока нож не сломался. За этим меня и застали, избили и бросили в тюрьму. Дальше ты знаешь.
Бедная девочка. Всё можно пережить. Боль, голод, одиночество. Но только не разбитые надежды.
— Что стало с другими детьми?
— Не знаю. Мне всегда было наплевать на них, а им на меня. Может всех распродали, может до сих пор ублажают монахов.
Я обнаружил что уже несколько минут глажу Кару по голове, прерываться не стал.
— Хорошо, что ты всё рассказала. Я принял решение.
— Всё–таки вырежешь деревню и устроишь зоркоглазым засаду?
— Нет, есть идея получше. Значит монастырь в трёх днях пути?
Глава 12. Возвращение в монастырь
Собирались недолго, я проверил статус скелетов, «старослужащие» после стычки явно набрались опыта, а Пик и вовсе получил повышение от рабочего до фуражира и обзавёлся навыком «ПОВЫШЕННАЯ ГРУЗОПОДЪЁМНОСТЬ», который прямо сейчас предстояло опробовать. Ему достался мешок с провиантом и скрученные в рулон одеяла. Остальным подселил в грудную клетку по молодой муравьиной матке с парой сотен прислужников и небольшим запасом мяса. Раз нам всё равно по пути, будет правильным подбросить братьев наших меньших до новых мест жительства.
На рассвете мы отправились в паломничество к святому месту. Я не стал портить вчерашний момент трогательного взаимопонимания, оставив спутницу в счастливом неведении корыстных целей экспедиции. Мне катастрофически не хватало знаний о новом мире. Кара конечно всегда готова подсказать, но её знания далеки от энциклопедических. В монастыре же должны быть книги. Много книг. Подробная карта местности тоже не помешает. И это не говоря о других материальных ценностях. Святоши в любом мире умеют копить, а эти ещё и промышляли торговлей людьми. Холёные тела монахов тоже пойдут в дело.
А ещё, но это так, мелочи, можно освободить из рабства десяток–другой детишек. Та ещё обуза, по правде говоря. Но когда–нибудь они вырастут и смогут вернуть должок.
Итак, задача проста. Захватить монастырь, усилить убитыми свой отряд, вынести всё ценное. Рыцари к тому времени дойдут до деревни. Насколько я понял, любовью местных они не пользуются, так что при правильной подаче Тёмный Властелин выступит в роли освободителя. И это отличный шанс. Шанс основать настоящую Империю Зла. Надеюсь в монастыре найдётся красная ткань для знамени.
— Это нечестно! — возмущённый голос Кары прервал приятные размышления. — Ты всё обо мне знаешь, а я о тебе почти ничего.
— Ага ничего, кроме всех моих планов и боевых способностей.
— Твой мир… кем ты был там?
Вот что я называю неприятным вопросом.
— Если честно, то никем.
— Но ведь чем–то ты занимался?
— Ну, когда–то хотел быть экологом. Это что–то вроде знатока и защитника природы. По крайней мере так мне казалось… на самом деле я просто сидел в душной комнате и делал всякую бессмысленную ерунду. За это платили деньги, которых кое–как хватало на жизнь. Вот и всё, ничего героического.
— Зачем кому–то платить деньги за что–то бессмысленное?
— Ну, хотя бы для того, чтобы все мирно сидели на месте, а не становились Тёмными Властелинами, — улыбнулся я.
— Дурак получается наш градоначальник. Мог выдать тебе клетку побольше и девку покрасивей, и не было бы никакого Тёмного Властелина.
— Да, скорее, всего так бы и было…
Слишком поздно до меня дошло, что именно я сказал. Взглядом Кары можно было резать металл. Если поблизости есть враги, сейчас самое время напасть и прервать неловкое молчание. Ну же, кто–нибудь! Увы, никто не пришёл.
Настоятель занимался самым важным делом в мире — подсчитывал прибыли. Он испытывал поистине божественную благодать выводя в толстом томе столбцы цифр. Рядом, как источник вдохновения, высилась стопка серебряных монет, увенчанная новеньким золотым. Настоятель любил порядок, и если какая–та сумма не присутствовала в отчётах, то её наличие перед глазами успокаивало. Несомненно, это дополнительное поощрение, созданное из личной благодарности богатых покровителей и сэкономленных благодаря аскезе средств, пойдёт на деяния угодные Единому. Ведь Единый не может допустить, чтобы проводник его воли был несчастен. Однако не смотря на всю увлеченность настоятель не мог не обратить внимание на торопливый топот по лестничным ступеням, посему не был удивлён увидев в распахнувшихся дверях запыхавшегося служку: