Он заподозрил её в измене, не дал ей ничего сказать в оправдание, заткнул ей рот и связал руки. За что? За то, что так ждала, что радовалась, летала на крыльях, считая минуты до его возвращения. Обида, горечь, разочарование. В нём, в себе, в их отношениях.
Только сейчас она начала понимать, что отношения - это что-то другое. Это когда оба берегут, ценят, уважают... Это доверие, радость, восторг...
У Лолы не было ничего из перечисленного. Её не ценили, не уважали, не доверяли. Ей пользовались, играли, да еще и другим давали на забаву. Как куклу. Куклу Лолу.
Лола как в трансе села в машину, вернее почти упала в неё на заднее сиденье, куда он грубо толкнул её. Она не помнила дорогу, не понимала, что происходит. Она абстрагировалась от всего. Её как будто оглушили и ослепили.
А потом был клуб... И хоть она мало понимала, что происходит и где она находится, этот вечер стал её персональным адом.
Сквозь пелену в глазах и как будто заткнутые ватой уши Лола воспринимала происходящее, находясь в каком-то трансе. Она не сопротивлялась, у нее не было на это сил. Девушка знала, что то, что сейчас происходит, навсегда изменит её жизнь, да и её саму. Но ничего не предпринимала, чтобы вырваться, не сопротивлялась, просто с трудом переставляла ноги, когда Гордей волок её в часть зала у барной стойки.
Там находились колодки. В первый свой приход в клуб Лола видела, как там наказывали девушку. Может ту - за дело. Но её сейчас - совершенно безвинную.
Почти все, кто находился в клубе, обернулись на них. Кто-то был удивлён, кто-то заинтересован. Никогда еще Гордей не выставлял на обозрение публики их отношения.
Подойдя к приспособлению, Гордей стянул с девушки накинутое пальто, потом расстегнул змейку на спине и спустил платье с плеч. Оно грустной тряпочкой повисло на талии, задержалось на скованных руках. Рот девушки по по-прежнему был заткнут кляпом. Гордей надавил Лоле на плечи, заставляя стать на колени. Потом подтянул чуть вперёд, положив её шею в углубление.
Лоле казалось, что всё это происходит не с ней. Что она как будто смотрит на себя со стороны. Так же, как все посетители клуба. А сегодня была суббота, аншлаг. Лола чувствовала головокружение, лёгкую тошноту и затуманенность сознания. Как будто под действием наркотиков.
Тем временем Гордей расстегнул наручники. Руки он тоже зафиксировал на установке, опустив верхнюю планку. Потом стянул с Лолы платье и отбросил его в сторону. Теперь Лола стояла на коленях в одних трусиках и чулках, наклонившись вперёд, с зажатыми в специальных отверстиях руками и шеей. Она не могла подняться, распрямится, не видела, что происходило сзади. Но чувствовала на себе взгляды нескольких десятков человек. И это было самое ужасное. Она, которая до жути боялась публичных выступлений, до смерти пугалась, если на неё обращали внимание, стояла сейчас почти раздетая, прикованная, с заткнутым ртом, доступная взглядам. Как будто распятая.
И опять стыд, а за ним горечь и унижение захлестнули с головой. Она почти потеряла сознание, она бы хотела отключиться от всего происходящего. Но, видимо, не судьба. Потому что Гордей вернулся к ней, неся в руках анальную пробку и стек.
Лола почувствовала, как с неё стащили до колен трусики. А потом руки, когда-то такие родные и нежные, развели ягодицы и начали всовывать смазанную гелем пробку. Она инстинктивно сжалась в комок, начала вертеться у него в руках. Но хлопок по обнажённой ягодице заставил её на мгновение остановиться. И этого было достаточно, чтобы Гордей вставил в неё пробку. Больно не было, но было просто невыносимо. Все видят её там, да еще и с пробкой!
Гордей подергал пробку немного назад и вперёд, давая ей возможность занять правильное положение в теле девушки. Заботливый, мать твою...
А потом громко сказал, что сегодня для Лолы в наказание каждый дом, присутствующий в зале, в течение часа может подойти и "угостить" девушку десятью ударами стека.
И сам первый поднял руку с девайсом и опустил на попку Лоле. Второй удар пришёлся по спине, третий - по пояснице. Четвёртый и пятый - по каждой из ягодиц. Удары сыпались размеренно, один за одним, с небольшими перерывами. И так же одна за другой, катились и капали на пол слёзы из глаз девушки.
Когда Гордей закончил, Лола подняла взгляд вверх, пытаясь остановить слёзы, и натолкнулась на выразительные сочувствующие глаза Марины. Та смотрела на Лолу несколько мгновений, потом отошла назад. Лола не видела, куда.
А Марина в это время подошла к Гордею и тихо спросила:
- Ты точно уверен, что поступаешь правильно?
Мужчина отшатнулся от слов, как от удара. Тоже молча посмотрел на Марину и отвернулся, решительно передавая стек одному из доминантов, который славился своей грубостью с сабами и тяжёлой рукой.