От этих слов парень невольно вспомнил вчерашний разговор с лучшим другом, в котором он раскрыл свои карты.
— С ним все нормально, — неуверенно, с запинками произнёс Станислав. — Если тебе интересно, то я не смог.
Теперь расстроенно, казалось, с огорчением признал молодой человек, взглянув в неподдельно добрые и заботливые глаза дорогого человека.
— «Не смог» что? — размытый вопрос не давал Давлату возможность узнать, о чем именно шла речь.
— Не важно, — парень понял свою ошибку и постарался от неё отмахнуться, переключив внимание взрослого человека на другой обьект. — Просто передай это Ширяеву.
— Что здесь?
— Давлат, — строго начал Коновалов, — ты вызвался мне помочь, так что хватит задавать глупые вопросы. — Более грубо, приказным тоном продолжил мальчишка почти на голову ниже взрослого сознательного человека. — Если я сказал, что это «надо передать Ширяеву», значит это «надо передать Ширяеву».
— Ясно, — мужчина виновато потупил взгляд вниз, будто пёс, провинившийся перед своим хозяином.
— Прости, — спустя несколько секунд произнёс Стас, что понял свою оплошность. — Я сейчас не могу нормально соображать.
Парень начал размахивать руками перед своим лицом, чтобы отделаться от назойливой манеры речи, совершенно не присущей ему.
— Ты выпил или снова…
— Нет, — поспешил оправдаться молодой человек, не позволяя близкому другу озвучить все его грехи, заработанные за прожитые годы, — ничего такого. Я позже тебе все объясню, а пока, пожалуйста, верь мне.
Сейчас мальчишка выглядел глупо, перед своим охранником и прекрасно это понимал. Однако, он надеялся получить прощение в его глазах за вспыльчивость, что всегда выходила ему боком.
— Как обычно, — безэмоционально произнёс Давлат, хотя слова мужчины больше походили на безразличие.
— Спасибо, — только и смог сказать Стас со всей надеждой, что у него ещё осталась.
Парнишка сильнее сжал руки мужчины, в которых находился небольшой пакет с гофрированной бумагой. Не прощаясь, он побрел обратно к своей машине.
Стас быстро уселся на место водителя и направился в город, докупать недостающие предметы для последующих перевязок, о чем, естественно, не известил охранника
Комментарий к 5. Проклятие генетики
На заметку, неправильный метод ампутации и несоблюдение правил асептики были запланированные. Так как все тонкости известны только медикам, и то не всем. А простые жизненные обыватели могут о них узнать лишь из источников массовой информации.
Предметом ампутации был специально выбран именно “мизинец”, так как большая часть общественности не видит пользу от него, хотя, на самом деле, она есть. Если интересно можете посмотреть роль мизинца в человеческом организме.
Глава долго не выходила именно из-за этой сложной, для меня, сцены. Я люблю своих персиков, а калечить их… Жестоко. Да и изменить ход событий нельзя, так как из-за этого рухнет вся сюжетная линия. Я один раз сделал так, в другом фф, а потом, пожалел.
В этом случае должна была быть полная ампутация, да и, вообще, мизинца на ноге. Но я не смог. Я слабонервных червяк, что не может покалечить создание, которому дал жизнь. Признаю.
========== 6. Цена жизни ==========
Неудобная жесткая поверхность скрипела от малейшего движения в попытке найти удобную позу для сна. Подросток вечно ёрзал после ухода похитителя. Он по-прежнему не чувствовал руку, из-за чего порой ему казалось, что её нет вообще.
— Холодно, — тихо прошептал подросток, перевернувшись на другой бок, лицом к старой шершавой деревянной стене.
Бенджамин медленно протянул руку и прикоснулся к толстому ограждению, плотно прижав к ладони все пальцы, кроме среднего и указательного.
На стене выступали глубокие вековые борозны, возникшие уже после того, как могучее дерево срубили для различных человеческих целей.
Парень резко оторвал ладонь от холодной стены и прижал руку к согнувшемуся пополам телу, так как настырные холод пробирал до костей и вынуждал человека скрутиться на неудобной лавке в клубок, подражая замерзшему котёнку.
Бен не обращал внимания на неумело забинтованный в несколько слоев палец, что пусть и был самым маленьким из всех, сейчас таким совершенно не являлся.
— Глупо, — пробубнил себе под нос подросток, когда в голове всплыли кадры последней встречи с единственным человеком, с которым он общался в последнее время.
Те грубые, неумелые касания оставили отчетливей след в его сознании и на руках.
Бенджамин приподнял одну руку, что была свободной и не плотно прилегала к старой скрипучей скамейке, как вторая. Он сразу обратил внимание на несколько тонких следов, опоясывающих бледные запястья. Помимо четкой красноватой линии, что холодные браслеты и его постоянные ерзания оставили на ней, были другие. Они прерывались в определённых местах и не полностью смыкались вокруг запястья.
— На что… я… надеюсь? — в полубреду произнёс Бен, внимательно рассматривая свои, сейчас чужие, руки.
Мальчишка предпринял попытку подняться, оперевшись при этом на один локоть. Бен ощутил, вернее, не ощутил часть своего тела, что все ещё находилась под воздействием обезболивающего.
В сознании размытые образы начали выстраиваться в логичную цепочку, в которой Бен наблюдал за собой и за произошедшими с ним событиями со стороны.
Мальчишка отчётливо видел, как отпрыгнул от стремительно приближающейся к нему машины. В голове всплыли воспоминания, и тело ощутило былой холод, когда он неудачно приземлился на влажную траву и слегка промочил штаны.
Бенджамин замялся от подувшего в лицо прохладного потока воздуха, что проник в заброшенную хижину через одну из множества мелких щелей. Парень спрятал руку, снова крепко прижав её к телу.
— Совпадение? — продолжал говорить сам с собой человек, что, казалось, отвечал на вопросы, заданные невидимым собеседником. — Сомневаюсь.
Подросток выпрямился и лёг спиной на твёрдую лавку, уложив руки по швам.
— Мы похожи? — хриплым голосом повторил мальчишка слова своего похитителя, что стали причиной, по которой он отказался от своей затеи.
Бенджамин невольно увидел образы их коротких встреч. Первая, самая запоминающаяся. В ней подростку показалось, что ярость застившая бездонные тёмные глаза поглотила и здравое мышление молодой личности. Хотя позже Бенни, несмотря на темноту, смог разглядеть в них кофейный оттенок тонких линий на круглой радужке.
— Красиво, — невольно прошептал мальчишка, так как к горлу начали подкатывать небольшие пронзительные волны боли.
Образ тёмных, по-своему чарующих глаз завершал слабоватый отблеск. Он подобно живой искре и единственному лучу, что свидетельствовали о жизни в теплом организме.
— Разные, — пронеслось в голове подростка.
Одно слово пробудило различные образы, что, накладываясь один на другой, превращались в сплошную неразборчивую картину, в которой нижние кадры по мере наложения на них новых, свежих тускнели и теряли яркие, чёткие краски.
Один из этих образов ранее всплывал в его сознании. А на него следом легла картинка давно знакомого друга детства, образ которого он тогда посчитал иллюзией. Клиффорд сильно изменился внешне, однако присущие ему качества, жесты и повадки остались прежними.
— Хороший человек, — услышал Бенджамин сквозь затуманенное сознание и сам с ним согласился.
Подросток сильно зажмурил глаза, из-за чего в уголках глаз кожица собралась в пучки маленьких морщин. Этот лёгкий жест не смог прогнать настырный туман, постепенно застилающий глаза, что привыкли к темноте. Парень не хотел терять вид этих чётких образов, скрытых в тени.
Мальчишка приложил немного силы, из-за чего на руках натянулась кожа, образовав небольшие линии на предплечье. Бен приподнялся, сильно опираясь предплечьями на местами колючую старую лавку.
От смены положения в голове ощущался шум, который сложно было таким назвать. Звука вообще не было, но к голове поступила сильная волна напряжения, от которой с трудом удалось отделаться.