– Чего разлёживаешься, рабыня?! – Раздался сварливый женский голос.
Я живенько поднялась, практически наощупь вылезла, в конце даже придержал меня кто – то. Слабые ноги, как после мышечной судороги держали едва – едва. Меня шатнуло, но врач подстраховал. Сперва прищурилась, затем распахнула глаза.
Высокая круглолицая тётка с пепельными кудрями в каре в серебристой тунике смотрела на меня карими глазами с нескрываемой иронией и надменностью. Хотя у самой на шее рабский ошейник.
– Одевайся, – женщина протянула мне бежевый свёрток.
Это оказалась туника до самых пят. Да ещё и пояс, ой, как замечательно. С ощущением чистоты после процедур в мед капсуле, да ещё и свежевыстиранная ткань на коже. Уххх.
– Слушай внимательно рабыня и запоминай, – начала женщина важно, дождавшись пока облачусь.
Степан, стоящий позади, кивнул мне и ретировался. Его светло – зелёные глаза смотрели так открыто, будто он пытался разглядеть во мне что – то.
– Ты прибыла в Дом Ромовых, – продолжает женщина, сложив за спину руки в замочек. – Хозяином Оазиса Ромовых является господин Олег и госпожа Ирина Ромовы, а также их трое сыновей и одна дочь. Я – старшая рабыня Дома Альбина. Для тебя госпожа Альбина.
Альбина продрала горло и дальше с выражением, смакуя каждое слово:
– Ты подчиняешься хозяину, его супруге и их детям с ведома хозяина. И самое главное, что ты должна уяснить: ты подчиняешься мне. В Доме Ромовых не терпят обманов, халтуры и воровства. Если ты будешь выполнять все правила беспрекословно, проявлять рвение в работе, у тебя будет всегда мягкая постель, крыша от солнца и сытый желудок. В противном случае... хм, пошли.
Оказавшись на улице, я смекнула, что уже отнюдь не раннее утро. И ахнула от обилия зелени вокруг. Вот тебе и оазис!
Густые пальмы, зелёная трава. Цветы! Море самых разноцветных цветов!! Каких я лет пять не видела, существуя да прозябая на космических станция, промышленных планетах и в трюмах круизных лайнеров. А ещё услышала журчание воды. Здесь фонтан?! О Великий квазар, я даже заметила берег пруда!!
Но Альбина не дала сполна поглазеть на красоты. Сразу повела с территории, за светло – серое здание медпункта. Где по вымощенной синим камнем дорожке я пошлёпала босыми ногами до сплошной бетонной стены высотой метра под четыре, в которой врезана арка. Путь через неё преграждала кованая калитка. Альбина отворила её, поднеся руку к встроенной настенной панели.
За забором начиналась голубая пустыня. Да, здесь тоже имелась сплошная ограда от излишнего песка, но значительно ниже, и даже колодец красовался. Но не это мне хотела показать старшая рабыня.
А два ряда подвешенных на столбы чёрных, что смоль, клеток. С каждой стороны по десять штук. И в одной из них томилась рабыня, свесив наружу и ноги, и руки, уже порядком обгоревшие.
– В противном случае ты проведёшь день под палящим солнцем в одной из этих клеток, – продолжила старшая свою мысль, кивая на бедняжку. – А если снова провинишься, то два дня, и так далее. Поняла меня, рабыня Лиза?
– Да, госпожа, – кивнула я, сглотнув.
Это для меня что – то новенькое.
– Раз уяснила, – усмехнулась Альбина довольная эффектом. – Пошли…
Мы вернулись, обогнули парк по самому краю до одноэтажного длинного здания. Старшая попутно объяснила, что в парк без особых поручений нельзя.
Здание оказалось рабским бараком, где мне указали идеально застеленный матрац среди трёх десятков таких же. Внутри здания прохладно и, как поняла, имеются и подземные этажи.
В бараке никого. Лишь одна рабыня прошмыгнула мимо с двумя баллонами воды. Ещё и успела поздороваться:
– Госпожа Альбина, – прочирикала кивая.
– Иди уже, Марта.
Судя по румяным щекам, у девочки здесь курорт. Упитанная, крепкая, совершенно не дёрганная.
Показав всё, Альбина повела к другому зданию, назвав его столовой. Попутно рассказывала, куда мне соваться нельзя, а куда вообще запрещено под страхом смерти.
Как раз в особняк хозяина ни ногой, если сам не позовёт.